Фишер Кэтрин
Шрифт:
– Ты нам нужен. Надвигается шторм.
В каюту влетела Аттия.
– Кейро сказал – скорее!
И, словно в ответ на её слова, корабль накренился. Финн ухватился за стол, по которому покатились свитки с картами, потом развернулся и быстро вскарабкался обратно на палубу.
Чёрные тучи жутко клубились вокруг мачт; хлопали на ветру серебристые вымпелы. Корабль почти лёг на бок; чтобы удержаться на ногах, пришлось, ухватиться за перила, ползти к штурвалу, попутно цепляясь за всё, до чего возможно было дотянуться.
Кейро исходил пóтом и руганью.
– Это колдовство сапиентов! – кричал он.
– Нет, это Инкарцерон.
Снова прогрохотал гром. С воем налетела буря; братья повисли на штурвале, удерживая его, укрываясь за его слабой защитой. В них, как градины, летели куски металла, листья, обломки мусора. А потом посыпался снег из мельчайшего белого песка, битого стекла, гаек, камней, изрешетивший паруса.
Обернувшись, Финн увидел Гильдаса, тот одной рукой обхватил грот-мачту, а второй держал Аттию.
– Оставайтесь там! – проорал Финн.
– Ключ! – Крик Гильдаса унесло ветром. – Ключ! Я заберу его вниз! Если ты сгинешь...
Финн всё понимал, но сама мысль о том, чтобы отдать Ключ, была невыносима.
– Делай, как он сказал! – прорычал Кейро, не оборачиваясь.
Финн отпустил штурвал.
Его тут же отбросило назад и несколько раз ударило о палубу. И тут Тюрьма атаковала.
Он почувствовал на себе её пристальный взгляд, и, перевернувшись, завопил от ужаса.
Из самого сердца бури с неба на них налетел орёл, чёрный, как гроза, острые когти его метали молнии. Орел устремился прямо к Ключу, готовясь схватить и его, и Финна.
Финн кинулся в сторону. Врезался в запутанную кучу канатов; схватив ближайший, он потянул его, раскрутил над головой; тяжелый просмолённый конец верёвки почти достиг груди птицы; орёл отклонился, пролетев мимо, снова взмыл ввысь, готовясь повторить атаку.
Финн присел рядом с Гильдасом, укрывшись за выступом борта.
– Он возвращается! – взвизгнула Аттия.
– Ему нужен Ключ. – Гильдас пригнулся. Хлестали струи ливня, вновь загремел гром, и на этот раз в нём слышался зычный голос – гневное ворчание, раздававшееся откуда-то издалека и с высоты.
Орёл камнем бросился вниз. Кейро, стоящий за штурвалом, слегка повернул колесо в сторону. Орёл тут же лёг на крыло и, широко разинув клюв, зловеще вскрикнул. А потом, совершенно неожиданно, повернул на запад и улетел прочь.
Финн достал Ключ. Он едва дотронулся до него, и тут же появилась Клодия, растрёпанная и едва ли не плачущая.
– Финн, – сказала она. – Слушай меня. Я...
– Это ты послушай, – вцепившись в перила, потому что корабль продолжало раскачивать и болтать, заявил он. – Нам нужна помощь, Клодия. Ты должна поговорить с отцом. Потребуй, чтобы он прекратил бурю, иначе нам конец!
– Буря? – она покачала головой. – Он не… Он не поможет. Он желает твоей смерти. Он обо всём узнал, Финн!
– Тогда…
И тут раздался крик Кейро. Финн глянул вверх – и пальцы его стиснули Ключ. За мгновение до того как отключилась связь, Клодия тоже это увидела.
Гигантская железная стена. Стена На Краю Мира.
Вырастая из неведомых глубин, она закрывала собой небо.
Корабль несло прямо на неё.
28
Единственный путь – через особый Портал, ключ от которого будет только у Смотрителя.
Хотя у каждой тюрьмы есть свои дыры и лазейки.
Мартор Сапиенс, Отчёт по проекту***
Было уже поздно, часы на Эбеновой Башне пробили десять. В летних сумерках над лужайками вилась мошкара, откуда-то издалека доносился крик павлина. Клодия бежала по галерее, навстречу ей то и дело попадались слуги, тащившие стулья, здоровенные оленьи ноги, гобелены, но, тем не менее, умудрявшиеся кланяться. Сумятица праздничных приготовлений была в полном разгаре. Клодия раздражённо нахмурилась, не осмеливаясь спрашивать у слуг, где находится комната Джареда.
Но, как оказалось, он уже ждал её.
Повернув за угол у фонтана из четырёх каменных лебедей, она почувствовала, как в её локоть вцепилась рука учителя. Она нырнула вслед за ним в проём и остановилась, учащённо дыша. Он прикрыл дубовую дверь, оставив небольшую щель.
Мимо двери промчалась тёмная фигура. Клодия узнала отцовского секретаря.
– Медликоут следит за мной?
Джаред, бледный и осунувшийся, как никогда прежде, приложил палец к губам. Излучая какую-то нервную энергию, встревожившую Клодию, учитель повёл её вниз по каменным ступенькам, через заброшенный дворик, по тропинке под аркой, увитой жёлтым ракитником. В какой-то момент он остановился и прошептал: