Джаред застыл, сердце гулко забилось.

– Сэр…

– Вы думаете, я слепой? – повернулся к нему Смотритель. – Как бы не так! О да, у неё были няньки и служанки, но они во всех смыслах ей не ровня, и Клодия довольно рано это поняла. Каждый раз, приезжая домой, я видел, как вы с ней разговариваете и смеётесь вместе, как в холодную погоду она тревожится, как бы вы не замёрзли, посылает за вашим плащом, поссетом [11] и сластями. Я знал, что у вас есть общие темы и общие шутки, недоступные посторонним. – Он скрестил руки на груди и уставился в окно. – Со мной она держалась отчуждённо, словно закованная в броню. Я для неё был незнакомцем, Смотрителем, знатным царедворцем. Тем, кто приходит и уходит. Тем, кого следует остерегаться. Но вы, Мастер Джаред, были ей наставником и братом. Вы были ей отцом больше, чем я.

Джаред похолодел. Раньше он не осознавал, насколько глубока и горяча ненависть, которая прячется за стальным самоконтролем Смотрителя.

– Как вы думаете, что я чувствовал, Мастер? – Смотритель повернулся. – Думаете, я совсем бездушный? Думаете, я не страдал, не зная, что делать, как изменить это? Понимая, что каждым своим словом я обманываю её, каждый день, одним своим присутствием, позволяю ей думать, что она моя дочь?

– Она… такого она не сможет простить.

– Не рассказывайте мне, что она может или не может простить! – Джон Арлекс приблизился и навис над ним. – Я всегда к вам ревновал. Разве не глупо? Сам Смотритель Инкарцерона умирает от зависти, и к кому? Мечтателю, человеку без семьи, столь слабому, что парой ударов запросто можно вышибить из него дух.

– Я очень люблю Клодию, – сказал Джаред.

– Конечно, вы знаете, что о вас ходили разные слухи. – Смотритель резко повернулся и снова сел в кресло. – Я им не верю. Клодия своевольна, но не глупа. Однако королева верит, и уверяю вас, в этот момент она страстно мечтает отомстить. Всё равно кому. Эвиан мёртв, но остались и другие заговорщики. Вы, например.

Джаред вздрогнул.

– Сэр, вы же отлично знаете, что это не так.

– Вы знали о заговоре, не правда ли?

– Да, но…

– И ничего не сделали, никому не сказали. – Он наклонился вперёд. – Это государственная измена, Мастер Сапиент, и вас повесят без долгих разбирательств.

Наступившую тишину нарушали лишь крики во дворе. В комнату влетела шальная муха, с жужжанием пометалась по комнате, забилась о стекло.

Джаред попытался собраться с мыслями, но не успел.

– Где Ключ? – рявкнул Смотритель.

Надо было срочно придумать какую-то ложь. Но сапиент молчал.

– Она взяла его с собой, ведь так?

Не получив ответа, Смотритель выругался.

– Весь мир думает, что Джайлз мёртв. Она могла получить всё, Королевство, трон. Неужели она думала, что я позволю Каспару ей помешать?

– Вы участвовали в заговоре? – медленно спросил Джаред.

– Заговор! Эвиан со своими детскими мечтами о мире без Протокола! Да не бывает никаких миров без протокола. Я бы дал возможность Стальным волкам разобраться с королевой и Каспаром, а потом просто казнил бы их. Но теперь она против меня.

Он слепо уставился в пустоту.

– История о её матери, которую вы ей рассказали...… – осторожно начал Джаред.

– Эта история правдива. Но когда Хелена умерла, только что родившаяся девочка была очень слаба, и я знал, что она тоже погибнет. И как тогда быть со всеми моими планами? Мне необходима была дочь, Мастер. И я знал, где её взять. Инкарцерон стал грандиозным провалом. Адом. Смотрители давно это знали. Но ничего исправить нельзя, поэтому мы сохранили тайну. Я подумал, что могу спасти оттуда хотя бы одну живую душу. В недрах Тюрьмы я нашёл женщину, которая находилась в таком отчаянном положении, что готова была поделиться дочерью. Я хорошо заплатил, благодаря этому выжили другие её дети.

Джаред кивнул. Последнюю фразу Смотритель произнёс очень тихо, словно он постоянно мысленно твердил её, бесконечно оправдываясь перед самим собой все эти годы.

– Никто ни о чём не догадался, кроме королевы. Эта колдунья поняла всё, как только увидела девочку.

Джареда пронзила внезапная мысль и, заворожённый ею, он выпалил:

– Клодия всё гадала, как вы могли согласиться на заговор против Джайлза. Это потому что королева… – он умолк, не умея подобрать слова, а Смотритель просто молча кивнул.

– Шантаж, Мастер Сапиент. На Клодии должен был жениться только её сын и никто другой. Она угрожала, что если я не соглашусь, она прилюдно расскажет Клодии, кто она такая, опозорит перед всем Королевством. Я бы этого не перенёс.

На какое-то мгновение он застыл, отрешённо-печальный. Потом поднял голову, прочёл что-то в глазах Джареда и в голосе его снова появился холодок.

– Не стоит жалеть меня, Мастер. Я в этом не нуждаюсь. – Он встал. – Я сам догадался, что она ушла в Инкарцерон за этим своим Финном. Так что вы её не предали. И она забрала Ключ. – Он с горечью рассмеялся. – И правильно сделала, что взяла. Без него пути назад нет.