Жизнь продолжалась, смерть любого человека и даже целого народа не может остановить её ни на мгновение. Горе близких людей умерших останется с ними, время залечит их раны и они продолжат свой жизненный путь.

Со времени гибели ОРАТА и смерти ЗАРИКИ прошёл год. Большое государство жило неспокойной жизнью. Люди недовольные существующей властью, всегда находятся. Как правило, это умные люди, умеющие подтолкнуть многих простых людей к бунту, вызвать недовольство местной властью. У Властелина был простой рецепт тушения этого недовольства. В разгорающийся очаг недовольства направлялся старший легат и два легата из личной охраны Властелина с большими полномочиями. Они казнили чиновников и главного руководителя города, поселения или региона, в зависимости от размеров очага бунта, если они заранее не сообщали о зреющем недовольстве. Посланников Властелина сопровождала манипула "ролов" местного округа и две манипулы дружины отставных "ролов", к этой команде прикомандировывали малую манипулу кандидатов в "ролы". Кандидатов в "ролы" вообще гоняли везде, где возникала напряжённость. Казнь чиновников сбивала накал страстей, а марш манипул "ролов" в полных боевых доспехах был ведром холодной воды на горячие головы. После марша через город или поселения, манипула "ролов" и одна манипула дружины "ролов" следовали к местам постоянного пребывания. А манипула дружины "ролов" пополняла местный гарнизон, в то время как малая манипула кандидатов в "ролы" пополняла местную стражу. Вот ей и приходилось отлавливать выявленных главных возмутителей и их ближайших помощников. Брали их жёстко, сжигая и разрушая их дома, убивая всех, кто попадал под руку. Так подавлялись бунты и показывали всем недовольным, что их ожидает, если они от слов перейдут к открытому бунту. Урок запоминался надолго. АРЕТ мотался по всему материку, вместе с малой манипулой кандидатов в "ролы". В сражениях и подавлениях бунтов набираясь опыта, жёсткости, всего, что считалось необходимым для "рола".

Возвышение военных вещь опасная для любой власти. Сплочённость, безоговорочное подчинение командирам, наличие оружия, опыт ведения боевых действий, делают из возникшей касты возможных претендентов на захват власти силой, оказать им сопротивление сил не имеет ни кто в государстве. Но правители нашли рецепт, как этого избежать. Кто из Владык был автором этого? Увы! Никто уже не помнил, но все наследники обязательно вступали в ряды "ролов". Высоких постов они не достигали, за редким исключением, но этого было и ненужно. Очевидно, сами Владыки создали и поддерживали традиции, законы "ролов". В них была незаинтересованность светской властью и трепетное отношение к каждому члену их касты. Уже говорилось, высокий пост в епархии "ролов" обязывал занимавшего его человека заботиться о "ролах" и их семьях, а привилегию давал только одну. Первому скрестить меч с врагом, первому встретить смерть. В боях легаты, старшие легаты гибли часто. Именно это и привело ОРАТА к должности главного легата "ролов" в молодом возрасте. Конечно, кроме удачно сложившихся для него обстоятельств, роль сыграли и его личные качества. Закончив обучение и пройдя испытание, он получил звание оруженосца легата манипулы в западном округе. Этот округ был самым беспокойным. Наличие портов и пологий берег привлекали любителей лёгкой наживы, орды часто высаживались на это побережье. Первыми на их пути всегда вставали "ролы". ОРАТ успел прослужить всего две декады, когда высадилась очередная орда. Численностью она почти в два раза превосходила манипулу "ролов", бросившуюся им на перехват. Старший легат манипулы поставил задачи легатам правого и левого крыла, сам с ядром манипулы встал на пути орды, преграждая им путь к городам побережья. Правое крыло должно было нанести удар по левому флангу орды и вклиниться в их ряды, посеять панику. Левое крыло в этот момент должно было ударить в тыл. Бой предстоял жестокий и неравный, все знали, что высаживающий враг превосходит их численностью. Кроме того в такие набеги отправлялись самые сильные и опытные воины кланов, орд. Всё это создавало обстоятельства, в которых "ролам" придётся драться насмерть, не считаясь с потерями, отступить, пропустить врага вглубь территории они не имели права. Оставалось одно, встреча с "костлявой". Смерть "ролов" не пугала, к вечной своей спутнице привыкли. Не колеблясь и не раздумывая, они бросились на врага, действуя по сложившейся веками тактике ведения боя. Следуя ей, ядро манипулы привычно построилось. Первый ряд составили щитоносцы, второй копьеносцы, третий мечники с поднятыми над головами щитами, защитой от стрел врага. Четвёртый ряд составили лучники, они осыпали врагов стрелами. За их спинами стояла тяжёлая кавалерия "высокородных". Правое крыло манипулы повторило это построение и атаковало фланг атакующего противника. Бой разгорался. В это время, левое крыло манипулы заходило в тыл орды, намериваясь, отсечь высадившихся врагов от их судов. Но их заметили, несколько десятков стрел устремилось в их направлении. Расстояние для стрельбы из лука было ещё большим, и все стрелы упали, ударившись в доспехи, щиты. Но одна достигла своей цели.

Легат, левого крыла манипулы, и его оруженосец стояли на холме. Легат чтобы лучше видеть расположение врагов снял боевой шлем и держал его в руке. Стрела уже была на излёте, ударившись в шлем, она бы никакого вреда не принесла. Но шлем был снят и широкий зазубренный наконечник ударил сбоку в открытую шею, перебив артерию и гортань. Кровь хлынула в гортань, быстро заполнила лёгкие. Хрипя, задыхаясь, легат рухнул на землю, дёрнулся и затих. ОРАТ, а это он был оруженосцем, бросился к нему, пытаясь помочь, но бездыханному телу помочь было невозможно. Создавшуюся ситуацию ОРАТ оценил быстро. В самый ответственный момент боя, левое крыло манипулы лишилось командира. ОРАТ решение приял быстро, не колеблясь, сбросил свой шлем, подняв с земли, надел на свою голову шлем погибшего легата. Сверху на доспехи набросил плащ легата, который тот снял и отдал ему перед началом боя. Спустившись с холма, он вскочил на стоявшего отара, погибшего легата, и поскакал к строившимся к атаке "ролам" левого крыла. Подскакав, отдал новые команды. Они были странными, меняя привычный боевой порядок, но "ролы" спорить и обсуждать приказы легата в бою не были приучены. Подчиняясь приказу, щитоносцы и лучники выстроились в колонну по два. Слева щитоносец, справа лучник. В свободной руке, через одного, щитоносец держал зажжённый факел, а лучники приготовили колчаны с зажигательными стрелами. Параллельно им выстроилась вторая колона. Справа стояли меченосцы со щитами, рядом выстроились копьеносцы. Тяжёлая кавалерия "высокородных" первыми ринулись в атаку, ведомые своим легатом. Их задачей было любой ценой пробить широкий коридор в рядах врагов, подтягивающихся к месту боя с ядром и правым крылом манипулы. Выполняя поставленную задачу, растягиваясь, тяжёлая кавалерия левого крыла, как нож в масло, вошла в ряды врагов, пробив широкий проход, идущий параллельно берегу, где пристали суда орды. В этот проход, выдерживая строй, бегом ринулись обе колонны, прижимаясь к правому и левому краю проделанного кавалерией прохода в рядах врага. Втянувшись в проход, колонны развернулись. Щитоносцы и лучники повернулись влево, лицом к берегу. Щитоносцы с мечами выступили вперёд, навстречу набегавшим врагам и вступили в бой. Лучники, поджигая стрелы от факелов в руках оставшихся щитоносцев, засыпали горящими стрелами суда орды, расстреляв все зажигательные стрелы, они начали опустошать колчан с обычными стрелами, стреляя по мечущимся врагам. Щитоносцы, бросив уже ненужные горящие факелы на головы врагов, вынули мечи и присоединились к сражающимся товарищам. Расстреляв весь запас стрел, к ним присоединились лучники. Так постепенно, пополняя свои ряды, они начали теснить врагов к берегу. В это же время, вторая шеренга из меченосцев и копьеносцев, развернувшись вправо, ударила в спину сражавшихся с ядром и правым крылом варваров. Двигаясь вперёд, они начали теснить врагов с тыла, заставляя задних толкать в спину стоящих перед ними. Действуя так, они зажимали врагов между собой и ядром манипулы. Тяжёлая кавалерия левого крыла, пробив проход, развернулась и снова врубилась в толпу врагов, прокладывая новый коридор из разрубленных и сгинувших под коваными копытами их скакунов врагов, так "высокородные" прошли несколько раз. Затем "высокородные" ввязались в бой, атакуя с середины зажатых между двумя группами манипулы "ролов" врагов. Бой разгорался.

В отличие от "ролов", главари орды боем руководили, находясь в тылу своих воинов, посылая гонцов с указаниями к отдельным отрядам. Они расположились на холме, наблюдая за ходом боя. Манёвр левого крыла манипулы "ролов" был для них неожидан. Когда зажигательные стрелы обрушились на суда и их шатёр, они растерялись, а разгорающийся огонь, подожжённых судов и шатра породил панику. Да и затем обычные стрелы лучников достали кое-кого из них. Растерянность перешла в панику, страх затмил разум, и они первыми начали спасаться, устремившись к уцелевшим, не охваченным огнём судам. Лишившись командования, орда начала действовать по принципу, каждый за себя. Одни яростно сражались, другие пытались пробиться к берегу. Накал сражения нарастал и в этот момент в сражение вмешались подошедшие части гарнизонов городов западного побережья. Их подходило всё больше, орда утратила численное превосходство, свежие части решили исход сражения не в пользу орды. Часть орды сумела погрузиться на суда и бежать, часть сдалась, остальные устлали своими телами всё вокруг. Эти кучи ещё шевелившихся и уже неподвижных тел были везде, на берегу и по всей площади отбушевавшего сражения.

Уцелевшие "ролы" и воины прибывшей помощи из гарнизонов городов, бродили по месту сражения, подбирали тела погибших "ролов", переносили и укладывали их на возвышенности рядами. Раненых перевязывали, при необходимости относили к телегам, возле которых хлопотали лекари и их помощники. Потери манипулы были огромны, сдержать врага удалось, дорогой ценой. Треть из "ролов" манипулы или полегли на поле брани, или имели тяжёлые ранения. Остальные отделались ранениями средней тяжести и могли ковылять с посторонней помощью. Благо эту помощь оказывали свои, тоже принадлежавшие к роям "ролов", но из числа обслуживающего персонала, конюхи, оружейники, кузнецы, которые в сражениях не участвуют, а входят в обозную обслугу. Только менее трети составляли "счастливчики" они могли с трудом, но передвигаться самостоятельно. Старший легат в числе "счастливчиков" не был, двое конюхов вели его, подперев своими телами с двух сторон. Легата ядра "счастливчиком" можно было назвать условно, он ковылял, повиснув на своём оруженосце, у которого на голове была плотная повязка с выступившей на ней кровью. А вот легат правого крыла манипулы, бесспорно, принадлежал к "счастливчикам" он шёл хромая, но сам! Правда, опираясь на подобранное копьё. У этой троицы было много своих забот, но они шли оказать уважение, легату левого крыла, надеясь найти его живым. Его необычное решение атаковать суда врагов, разрезав строй атакующей орды, было смелым решением, которое спасло жизнь очень многим "ролам". Это понимали все. У "ролов" не было принято чествовать отличившихся в бою публично, считалось, что каждый должен был и так сражаться смело, достойно звания "рола". Но выразить своё восхищение особо отличившемуся "ролу"? Остальным "ролам" не возбранялось.

Легата левого крыла нашли сидящим на земле. Вокруг валялись тела врагов, по их количеству можно было судить, что бой здесь шёл упорный и легат левого крыла дрался отчаянно. На земле летал его изрубленный, утыканный копьями отар, легат сидел, опираясь о круп погибшего боевого друга. Погнутый от ударов мечей шлем продолжал закрывать его голову, правый наплечник был разрублен, панцирь тоже имел не самый лучший вид. Подошедшие "ролы" были уже без шлемов, они окинули взглядом, лежавшие вокруг тела врагов. Легат левого крыла ТОРИН был хорошим мечником и в манипуле входил в десятку лучших, но сегодня он проявил не только личную храбрость и умение воина, а показал себя настоящим стратегом. До него "ролы" сражались по старым канонам построения боевых порядков, не менявшихся уже несколько столетий. Он применил новый порядок боевого построения, рискованный, но как оказалось очень разумный, приведший к разгрому орды превосходящей по численности манипулу. Вот это и было необычным, ведь легат ТОРИН всегда действовал только по приказам и отработанным шаблонам боевого построения. Это удивило всех легатов западной манипулы "ролов". Старший легат кивком головы, его руки были заняты, они цепко держались за выскальзывающие шеи конюхов, направил стоявших вокруг него помочь легату ТОРИНУ. Двое конюхов помогли легату подняться, а один оружейник попытался снять с его головы мятый шлем, но сделать этого не смог и к нему присоединился ещё один. Вдвоём они справились, сняв шлем с головы легата ТОРИНА, застыли, а затем переглянулись и отступили в сторону. Тогда удивление отразилось на лицах всех стоявших. Это было не удивительно! Вместо лица легата левого крыла манипулы "ролов" западного округа они увидели…, лицо молодого парня. Вначале его не признали, потёки пота, грязь и кровь изменяли черты лица, но присмотревшись, этого парня узнали. Это был прибывший две декады назад молодой "рол" только закончивший обучение в малой манипуле кандидатов и прошедший испытания. Его назначили оруженосцем к легату левого крыла, и это был его первый бой в составе манипулы. Все озадаченно молчали. Подошедшие "ролы" и слуги ничего не понимали. Многие из них принадлежали к левому крылу манипулы, прошло не так много времени, как они выполняли его приказы, шли за ним в бой, думая, что это их легат. Оказалось, они подчинялись…, юнцу, самозванцу! Но с другой стороны его приказы были своевременны, только благодаря его действиям многие из них, пусть и раненые, но живые стоят здесь, а не лежат на возвышенности в неподвижных шеренгах. Как ко всему этому отнестись? Эти одинаковые мысли были у всех. Решение вопроса столкнули на старшего легата манипулы, отойдя в сторону или отведя взгляд от легата-самозванца.

Старший легат манипулы был поражён, озадачен, не меньше остальных. Как реагировать на всё это? Тоже не знал. Такого не было никогда, за всю историю существования "ролов". У него было ещё много неотложных дел, решение этого вопроса он решил отложить на более позднее время. Стоявший парень, опустив глаза, произнёс:

— Извините! Легат ТОРИН погиб вначале боя. Медлить было нельзя и я…

Недоговорив, он замолчал. Старший легат манипулы бросил конюхам, поддерживающим парня:

— Отведите его к лекарям! Остальное потом!

Те повели парня, сам идти он не мог, а старший легат начал отдавать распоряжения…

По дороге к лекарям, силы окончательно оставили парня, он потерял сознание. Конюхам пришлось нести его к повозкам лекарей…

Потрёпанную манипулу "ролов" западного округа отвели на отдых и переформирование в центральный округ, а манипулу "ролов" центрального округа перевели в западный округ, самый беспокойный округ оставлять без защиты было опасно.

Двенадцать декад ОРАТ провёл в руках лекарей, с трудом убедив их, что он здоров, убыл в расположение манипулы, всё ещё стоявшей в центральном округе. Ехал с тяжестью на сердце, его ждало наказание за самовольное присвоение прав и звания легата крыла.