– В финальной части вашего плана сценарий выглядит несколько по-другому, - заметил Нобель.

Денис согласно кивнул головой :

– Перед нами стоит задача победить, а не уничтожить. Это просто грандиозный блеф. Но если привести угрозу в исполнение, то Великая Депрессия покажется легким волнением, по сравнению со штормом, который разразится. Выживут немногие.

– Почему вы решили обратиться за помощью именно ко мне?

Вопрос был ожидаем, и ответ не заставил себя ждать:

– У империи нет средств. У нас с вами они есть. Все очень просто.

Гость скептически усмехнулся и в очередной раз занялся потухшей трубкой. Задумчиво пожевав губами, он предсказуемо поинтересовался:

– Вы пробовали подсчитать, сколько мы заработаем при удачном исходе?

– Трудно сказать. Думаю, не меньше двух миллиардов рублей.

Нобель, не сдержав эмоций, присвистнул - банк впечатлял. Но его волновала и другая тема: светлых глазах читался неприкрытый интерес.

– Крайне заманчиво заглянуть в будущее, которое нас ожидает. Расскажите, Денис Иванович, удовлетворите любопытство.

– Будущего еще нет, Эммануил Людвигович. Многое зависит от нашего с вами решения.

Собеседник усмехнулся - утверждение было спорным.

– И все же?

– У нас будет время для обстоятельных бесед. Лучше - не сегодня.

Гость покладисто согласился - впечатлений хватало и без этого. Последующий за этим выжидательный взгляд Дениса он понял абсолютно верно.

– Операция дерзка и привлекательна. Придумали вы ее сами или воспользовались знаниями будущего - суть не важно. Будем считать, что предварительное согласие вы получили. Сами понимаете - для окончательно решения я должен все досконально взвесить.

Возражение не последовало - довод был убедительным. Нобель поднялся с кресла и протянул руку:

– Благодарю вас за оказанное гостеприимство и... занимательную беседу.

Уже в дверях гость задал последний вопрос:

– Как, в вашем времени, называлась эта операция?

Ответ был лаконичен:

– Пирамида...

Страшнее оружия на финансовых рынках еще не придумали. 

Нервное напряжение последних дней вылилось в банальную простуду. Саднило царапающим кашлем воспаленное горло, а суставы отзывались ломкой болью при каждом неосторожном движении. Горячий, сухой озноб закрывал отяжелевшие глаза, и не было сил, чтобы выбраться из-под пухового одеяла.

Денис с трудом приподнялся с постели и наугад пошарил рукой под кроватью в поисках тапок. Можно было и не искать. Шлепки привычно устроились у противоположной стены, под свисающими гирьками часового механизма.

В комнату вошла Юлька, неся в руках поднос с вареньем и горячим чаем. Увидев неуклюжие попытки больного подняться на ноги, она решительно воспротивилась:

– Денис, не вздумай даже вставать! Сейчас я буду тебя лечить.

– Юля, мне кровь из носу нужно быть сегодня на работе.

Слабая попытка была пресечена самым безжалостным образом.

– Один день без тебя обойдутся! Я твой заместитель, сама разберусь.

– Тогда вызови Степана и Платова, пусть ко мне приедут.

– И не мечтай об этом! Тебе надо отлежаться.

Тяжелый и глубокий вздох прервался сухим кашлем. Девушка присела на краешек кровати и, прикоснувшись прохладными губами к горячему лбу, прошептала:

– Дениска, ну что ты как маленький. Ты же горишь весь.

– Если не пригласишь их, то сам поеду, - пригрозил он.

– Ну что с тобой поделаешь?
– вздохнула она.
– Упрямый ты у меня. Может и мне дома остаться?

– Не надо, - он слабо улыбнулся.
– Без тебя сразу все развалится.

– Коварный льстец!
– рассмеялась Юлька.
– Ладно, я побежала, если что - звони. И не забудь про чай с малиной. Au revoir!