В занятиях обычно, помимо самого Дениса, участвовала пятерка бойцов-диверсантов и их командир - Платов. Иногда присоединялись Федька и Ерофеев с тройкой своих подчиненных. Остальной персонал торгового дома в непонятных забавах своего руководства участия не принимал. Сегодняшняя тренировка проходила в узком кругу: непосредственный шеф и его диверсионный отдел.

– Андрей, задняя нога отстает! Подтягивай!

Задняя нога, впрочем, как и передняя, у сорокалетнего ученика отсутствовала полностью. Матушка природа, к сожалению, не предусмотрела такую коллизию и ограничилась одной единственной парой. Но молодой тренер на эти мелочи внимания не обращал - методика занятий включала в себя и стандартные фразы, которые въелись в подкорку намертво.

– Фарит, подборок ниже опусти... и переднюю руку выше держи.

То, что у десятилетних мальчишек усваивается инстинктивно, взрослым мужикам приходится объяснять пошагово. Недаром тринадцатилетний возраст считается уже потерянным для большого спорта.

– Григорий! Прыгаешь пять минут без перерыва! Твоими ногами только по плацу маршировать!

Сорокалетний ученик беспрекословно отошел от боксерской груши и взял в руки детскую скакалку.

– Если будете халтурить, на следующем занятии устрою вам "Гавану"!

Угроза подействовала: диверсионный отдел резко увеличил интенсивность. Силовая тренировка на выносливость, придуманная специалистами кубинской сборной по боксу, могла напугать и более именитых спортсменов.

– Стоп, бойцы!
– хлопнул в ладоши Денис, привлекая внимание.
– Сейчас попробуем новое упражнение. Всем надеть перчатки!

Дождавшись, когда ученики выполнят команду, он продолжил:

– Слушаем вводную. Нужно проникнуть на охраняемый объект. Оружие, по условиям задачи, исключено. Вы нападающая сторона. Я - охранник. Вот это - коридор помещения.

Денис указал на две боксерские груши и встал между ними. Расстояние в два с половиной метра позволяло подойти только двум атакующим одновременно.

– Начали!

Бойцы смущенно потоптались, наконец вперед выдвинулся Платов и самый молодой член команды - тридцатилетний Фарит. Сдвоенная атака захлебнулась через несколько секунд, и нападающие бестолково отступили назад, перекрывая пространство оставшейся четверке.

– Теперь слушайте, как нужно делать по правилам.

Бывший начальник службы безопасности московского банка старался передать своим бойцам небольшую толику знаний, полученную от своих еще не родившихся подчиненных.

– Нападение производится гуськом, но не в затылок друг другу, а в шахматном порядке - полшага в сторону от впереди идущего. Понятно?

Дождавшись не очень уверенных кивков - шахматный порядок для инструктируемых представлялся явно чем-то эфемерным - Денис объяснял дальше.

– Каждому на атаку дается три-четыре секунды. Не больше. Если не успел свалить противника, проходишь дальше - каждый со своей стороны. Внимание охранника при этом рассеивается. Добивает идущий следом. Если и он не справился - передает дальше по цепочке. И так до последнего бойца.

– Денис Иванович, - обратился с вопросом Платов.
– А если и п-последний не сумеет добить?

– Тогда мне придется набирать новую группу диверсов!
– жестко, без малейшего намека на шутку, ответил Денис.

– Поехали!

Выдержать двадцатисекундный шквал непрекращающихся ударов, да еще и на ограниченном пространстве, тяжело даже мастерам очень высокого уровня. Практически - невозможно. На этом, собственно, и строилась нехитрая методика спецподразделений. Денис сломался на четвертом.

– Стоп, бойцы! Следующим встает Платов. Остальные - нападают.

– С-слушаюсь, шеф...

Вытерев кровь с брови - кожа на перчатках была все-таки грубоватой - он направился в душевую, но остановился, увидев в двери взволнованного чем-то Федьку.

– Денис Иванович!

В голосе верного помощника проскальзывали истеричные нотки, а взгляд был обреченно-отчаянным.

– Денис Иванович, - понизив голос до шепота, повторил он.
– Юлия Васильевна пропала! 

Начальник Московского Охранного отделения подполковник Мартынов хмуро рассматривал сидящих перед ним посетителей. Одного из них, известного предпринимателя Рябушинского, он знал не понаслышке: дважды на его предприятиях арестовывали профессиональных агитаторов.

Обычные, малоприязненные отношения между жандармерией и купечеством, в данном случае были подвергнуты исключению. Павел Михайлович был уважаем во многих ветвях власти. Почетное звание потомственного гражданина, выданное Канцелярией Его Императорского Величества, было лишним тому подтверждением...