Его лицо медленно расплылось в улыбке, и Мириел не смогла удержаться, чтобы не коснуться ямочки на его щеке.

Должно быть, он тоже был в игривом настроении, поскольку притворно нахмурил брови и произнес:

– Я получил это во время сражения с дьяволом.

– Неужели? – Ее губы дрогнули, когда она коснулась его второй ямочки. – А это?

– Дьявол был очень быстрым.

– И похоже, любил симметрию. – Она заметила шрам от маленького пореза на его подбородке и осторожно провела по нему кончиками пальцев. – А это что? Только говори правду.

– Правду?

– Да.

– Я упал с лошади прямо на ограду и порезался.

– Ты упал с лошади?

– Это было три зимы назад, – объяснил Рэнд.

Мириел кивнула. Рэнд видел все ее боевые шрамы. У Рэнда тоже наверняка есть шрамы. Почему бы ей их не посмотреть? Обнаружив вылеченную рану, Мириел запечатлела на ней поцелуй.

Чуть выше одной из бровей была тонкая белая отметина.

– А это что?

– Один грабитель разбил мне лоб.

Мириел поцеловала шрам. После этого она пробежалась пальцами по его лицу и потерла чуть заросший подбородок. На шее был длинный, едва заметный шрам. На вопрос Мириел, откуда он, Рэнд нахмурился.

– Мой… отец.

– Отец?

Рэнд пришел в замешательство, и Мириел пожалела, что задала этот вопрос. Очень неохотно Рэнд ответил:

– Это случайность. Он… он промахнулся саблей, когда мы тренировались на мечах.

Мириел чувствовала, что он чего-то недоговаривает, но решила больше вопросов не задавать. Желая вывести его из мрачного настроения, она потерлась носом о его шею, щекоча его своими волосами, и поцеловала его старую рану.

Мириел легла на спину. Ее пальцы продолжили исследовательскую работу, проходя по широкой мускулистой груди в поисках шрамов. Но здесь не оказалось ни одного. Только на ключице в ее самом конце на плече обнаружился зигзагообразный шрам в несколько дюймов длиной.

– А что здесь?

– Рана от стрелы.

Мириел не поверила. От меча еще возможно, если после касания поворачивать меч, но от стрел шрамов не остается.

Словно угадав ее мысли, Рэнд добавил:

– Наконечник пришлось вырезать.

Как только Мириел представила, как стрела впилась в плоть Рэнда, у нее появилось странное желание его защитить. Мириел прошептала:

– Твой врач, видимо, был мясником.

Он весело ей улыбнулся:

– Этим врачом был я сам.

Она посмотрела в его красивые карие глаза. Он не мог говорить это серьезно. Рэнд смущенно пожал плечами.

Мириел удивленно покачала головой. Какой он необыкновенный человек! Мириел гордилась тем, что может терпеть сильную боль, но разрезать себе плечо она бы не решилась. Мириел запечатлела благоговейный поцелуй на искалеченной раной коже.

Рэнд привстал на локтях, и Мириел получила доступ к его животу. На его нижних ребрах темнел синяк. Мириел провела по нему пальцем.

– Совсем свежий.

– А, – произнес Рэнд, – это после сражения с Призраком. Ничего особенного.

На губах Мириел появилась загадочная улыбка. Рэнд ни за что не признает, что Призрак одержал над ним верх.

Она снова взглянула на синяк. В том положении, в котором она находилась, Мириел было удобно целовать живот Рэнда. Она чувствовала тепло, исходившее от его чресел. Каждый раз, меняя позицию, он задевал волосами ее нежную грудь, и это возбуждало ее. На сей раз Мириел поцеловала кончики своих пальцев и коснулась ими его синяка.

Рэнд взял ее руку и направил вниз по ее животу и приложил ее пальцы к волосам, где внутренняя часть бедра переходила в чресла. Мириел с удивлением обнаружила в этом месте небольшой волнистый шрам.

Рэнд стал что-то объяснять, но Мириел слушала рассеянно, ее вниманием завладело то, что было несколькими дюймами ниже, вместе, где их тела соприкасались. Ее мышцы напряглись вокруг его члена, когда Рэнд, что показалось ей невероятным, пожелал возобновить любовную игру.

Не обращая внимания на то, что он говорит, Мириел продолжила движение руки и дотронулась до места, где они соединялись, до бархатной плоти его члена и до своих собственных мягких складок. Рэнд шевельнулся от ее прикосновения, и она почувствовала, что его член двигается внутри ее.

– Леди, вы сильно меня искушаете, – прошептал Рэнд, – отправиться еще в одно путешествие верхом.

– М-м. На этот раз я возьму вожжи.

Она так и сделала. Села верхом и начала «езду», поначалу медленно, томительно долго поднимаясь и опускаясь на его бедрах, словно на седле, наслаждаясь восхитительной упругостью его плоти у нее внутри. Но ее медленная езда скоро перешла в галоп. Ее груди заколыхались, волосы спутались.

Рэнд зажмурился, стиснул челюсти, на бровях выступили капельки пота. Казалось, он на пределе. Мириел тоже была близка к экстазу.