Рано утром вставать не хочется. Это стресс.

Он усугубляется непрерывными звонками телефона, звоном посуды на кухне, клаксонами мопедов и тарахтением старых «энфилдов» за открытым окном. Каждые десять минут мимо окон проходит булочник с большой корзиной на велосипеде и противно пищит своей резиновой клизмой.

Анджуна просыпается где-то рядом, и гораздо раньше, чем приходяший домой за полночь Пепе.

Он открыл глаза и уставился в коричневый вентилятор, бешено гоняющий воздух по комнате. Не для того чтобы прохладно было, а чтобы плесень на стенах не появлялась, – Пепе обычно и так накрывался теплым одеялом, но в январе все равно мерз – ночью температура воздуха опускалась иногда до восемнадцати градусов, а после тридцати пяти кажется, что стало очень холодно. Вентилятор работал и создавал ощущение, что в доме не так влажно, – в сущности же пенициллиновым грибкам на крутящиеся лопасти было насрать, они появлялись только потому, что должны были быть.

Пепе вылез из-под пухового квадрата и потянулся. Линды рядом не было, она уже плескалась в голубой воде бассейна – осталось только накинуть полотенце, открыть дверь, пройти через сад и оказаться рядом с ней в прохладной воде, еще не успевшей за день нагреться. Лучшего способа начинать день Пепе не знал. Опуститься рядом с ее мокрым телом, слизать капельки воды с ее груди… Дальше она все умеет сама. С кухни в открытую дверь неслись ароматы утреннего приготовления еды – новая служанка, несмотря на юный возраст, была на кухне королевой, каждое утро она умудрялась приготовить что-то особенное, запахи щекотали ноздри и вызывали зверский аппетит вне зависимости от наполнения желудка.

Пепе нравилась индийская кухня, не гоанская, а индийская, особенно пенджабская, стоит только начать есть – и остановиться уже невозможно. Специи, которые сначала сжигали все, что находится во рту, потом немного отпускали, и ощущения были сравнимы с миллионом непрекращающихся оргазмов… Избавиться от постоянного жжения невозможно, ни вода, ни соки не помогали, а единственное спасение – ласси – Пепе на дух не переваривал.

Он вышел к бассейну. Линда лежала на надувном матрасе, принимала солнечные ванны, ее тело уже было коричневым, но она маниакально продолжала загорать, стараясь придать коже еще более темный оттенок.

– Почему черные восхищаются белой кожей, а белые старательно стремятся почернеть? – Пепе по ступенькам спустился в воду, Линда на матрасе подплыла к нему и громко перевернулась, подняв столб брызг.

– Ну, наверное, потому, что мир состоит не только из этих двух цветов. Хочется смешиваться, разбавлять, – Линда убрала длинные мокрые волосы с лица и обняла Пепе. – Прямо сейчас и начнем.

Она развязала веревочки на купальнике и забросила его в другую сторону бассейна, обвила руками толстую шею Пепе и крепко поцеловала в губы.

– Знаешь, за что я люблю ниггеров?

– Расскажи, – Пепе не обижался на «ниггера» только когда его так называли Линда и брат йоруба.

– У вас очень прикольные губы.

– А знаешь, за что я люблю славянок?

– Расскажи, – Линда никогда не считала себя славянкой, хотя постоянно была в образе таковой. Вообще-то ей было все равно.

– Потому что только вы целуетесь так искренне.

Линда опустилась с головой под воду, Пепе закрепился на кафельном краю бассейна и закатил глаза.

– Shit!

– Shit? – Линда вынырнула из воды, громко вдыхая воздух в легкие, то ли от возмущения, то ли оттого, что воздух закончился.

– Shit! Подожди…

В комнате звонил телефон, затем появилась служанка и протянула пищащую трубку в его открытую ладонь.

– Алло… Я в порядке… Сейчас включу…

– Что-то случилось?

– Еще не знаю, – Пепе вышел из бассейна, обмотался полотенцем и пошел в сторону дома.

– Пепе, что случилось?! – Линда крикнула ему в спину, но ответа не дождалась. Пепе скрылся за стеклянными дверями гостиной.

– Что-то желаете, сэр? – служанка, чувствуя повышенное содержание адреналина в крови работодателя, была готова исполнить любую его просьбу.

– Принеси мне холодной колы, – Пепе с ног до головы осмотрел новую работницу. Мысль о том, что за все это время в Индии он так ни разу и не попробовал индийскую женщину, промелькнула в голове, но момент был неподходящим – брат йоруба звучал слишком взволнованно, когда просил включить NDTV 29 , да и Линда совсем рядом.

«Сегодня ночью в своем собственном диско-клубе был арестован самый крупный за всю историю Бомбея кокаиновый барон Райан Крайст. Задержание проводилось в тот момент, когда совершалась сделка по продаже двух килограммов наркотика неустановленному лицу, – ведущая новостной программы была предельно сконцентрирована на мониторе лэптопа, стоящего перед ней. – По имеющимся в полиции данным, преступник, успевший сбежать с деньгами и приобретенным товаром, направился в Гоа. Эта операция планировалась…»