Шрифт:
– Эх, запить бы орехи винцом - мечтает молчаливый Аарон, сплевывая на скорлупки, которыми усыпан весь пол.
– Держи, держи, вон куда твои покатился, - Абрашка подталкивает Сашу и сует орехи ей за пазуху.
– Дурак ненормальный!
– Саша отбивается и встряхивает платье. Мы с хохотом разбегаемся по дому.
Я захожу в столовую. Стол сияет праздничной скатертью в цветочек, которую не доставали с самой Пасхи. Значит, намечается что-то торжественное, я достаю из буфета приготовленные угощения - пастилу, печенье, миндаль, расставляю хорошенькие новые тарелочки. Доверху накладываю в вазочку варенье. Папа очень любит чай с вареньем. А тетя Рахиль вообще за чашку чая именно с этим, сливовым, отдала бы все сладости на свете.
– Кто должен прийти? Что еще поставить?
– Ух ты! Налетай!
Абрашка вихрем врывается в столовую подскакивает к столу и запускает пятерню в блюдо с пирожками.
– Вот умница! Все уже готово!
– На пороге появляется мама, свежая, улыбающаяся. Она подходит к зеркалу с париком в руках и надевает его. Легкие мелкие локоны расправляются и разлетаются как от дуновения ветра. Знаешь, детка, завтра мы сами придем в гости к дяде Бере, - вполголоса, словно по секрету, говорит мне мама, вкалывая в волосы длинную шпильку.
Из всех детей папа с мамой берут с собой в гости только меня.
– Уже звонят!
– Я бросаюсь встречать.
– С праздником, дядя! С праздником, тетушка!
– так и прыгаю вокруг гостей.
Дядя Хаим-Лейб широко улыбается. По случаю праздника его лицо из розового стало почти красным. Но привычная сигара еще не торчит изо рта, как дымящаяся труба.
– Что поделываешь, Башенька?
– Добрые глаза тети Рахили тоже улыбаются мне. Это самая близкая из всех моих теть. Я могла прожить у нее все лето, могла запросто заходить к ней хоть каждый день. Сегодня ее не узнать в расшитой стразовыми висюлькой накидке, такой широкой и длинной, что тетя похожа на живую вешалку.
– Осторожно, Башка, оторвешь! А я надеюсь с Божьей помощью, ее еще годик поносить!
– Хотите снять шляпу?
Шляпа сидит набекрень, и мне кажется, тете трудно держать ее на голове. Целая гора лент и цветов - такая тяжесть! Да еще каждый год по цветку прибавляется.
– А мы, тетушка, завтра идем к вам с дядей Бере.
– Знаю-знаю, и ты приходи! У меня для тебя кое-что есть, - шепчет она мне.
– Башенька, успокойся! Почему ты не ведешь гостей?
– кричит мама из столовой.
– С праздником, Алта! С праздником, Шмуль-Ноах!
– Дядя наконец входит и с таким пылом приветствует моих родителей, словно давно с ними не виделся. Сегодня он даже пожимает им руки, а в будни только кивает с улыбкой.
– С праздником, с праздником!
Папа сидит за третьим стаканом чая.
– Как поживаете, Рахиль? Садитесь.
– Гости садятся к столу.
– Что слышно в городе? Вы ведь всегда так горячо участвуете во всех делах общины.
– В папином голосе сквозит легкая ирония и даже обида на то, что его-то в них так подробно не посвящают.
– Да откуда мне знать? Говорят, что...
– И дядя принимается пересказывать городские новости.
Мы слушаем. Даже папа многого не знает. Вот уж, действительно, если бы не дядя, мы бы понятия не имели, что творится в городе.
Дядя говорит без умолку. Счастливый, что его слушают, расходится еще больше. Новости следуют одна за другой, каждая разрастается в целую историю, пока ее не оборвет чья-нибудь брошенная невзначай шутка.
– Дядя, возьмите кусочек торта!
– Вот это, я понимаю, торт!
– с набитым ртом восхищается дядя.
– Ты выбирала, Башенька? Ну, ты знаток! Вот на кого можно положиться!
Я краснею, как свекла, и прячусь за тетин стул.
– Тетя, попробуйте чернослив, хоть штучку!
Мне хочется закормить ее сладостями. Чернослив сочится медом, так и просится в рот. Но тетя только смотрит на него, наслаждаясь одним видом. Я обхаживаю гостей, предлагаю пастилу, миндаль, но они, кажется, уже утомились, то ли от дядиных рассказов, то ли от угощенья. Они встают со стульев. В передней я подаю тетушке накидку и слегка встряхиваю ее, чтобы зацепившиеся висюльки улеглись на место.
– Ты всегда обожала побрякушки.
– Тетя улыбается довольная, что мне так понравилась ее старая накидка, и сконфуженно поправляет обвисшую, бесформенную шляпу.
– С праздником, Алта! Бог даст, скоро увидимся у нас. Башенька, спасибо за угощение!
– С праздником, с праздником!
– Мы провожаем гостей до двери.
– Рахиль плохо выглядит. С ней что-то не то.
– Мама качает головой, и все молчат.
– Башенька!
– зовет меня мама на другой день.
– Одевайся! Идем к дяде Бере.
– Что мне надеть?
– Откуда я знаю! Что хочешь.
Я несусь на кухню.
– Саша, где мое синее платье?
– Никуда не делось, вот оно, надевай. А вам черное, хозяйка?