– Не может.

– С письмом с признанием или без него – Дуглас Аллен больше никогда не сядет в кресло окружного прокурора. Но сейчас это не самое главное.

– Ты думаешь, Билл Уилсон считает, что виноват именно он? – Если он знает о фокусе с пакетами и журналами – думаю, вполне возможно. А если верит, что Толливер действительно написал в феврале письмо с признанием, – тогда почти наверняка. Тем более что сам Толливер рассказывал об этом письме подкастеру, Бакайскому Брэндону. Тот назвал его «якобы письмом» в эфире, но всё же...

– Всё же помощнику окружного прокурора Аллену может серьёзно прилететь, – заключает Холли.

Иззи стягивает с себя футболку и вытирает ею пот со лба:

– Пойду-ка я в душ.

– Я тебя оставлю.

– И, Холли?

Говорить не нужно. Холли закрывает губы воображаемой молнией и поворачивает невидимый ключ.

– И ещё кое-что. Ты говорила, знаешь кого-то из местных анонимных алкоголиков. Ты с ним – или с ней – говорила?

– В последнее время – нет, – отвечает Холли. Формально это не ложь. Но как только она выходит из спортзала, сразу же звонит Джону Акерли. Он берёт трубку после первого же гудка.

– Йо, Холли.

– Извини, что отвлекаю на работе, Джон.

– Всё нормально. Сегодня тихо.

– Ты успел поговорить с тем парнем, о котором упоминал?

– С Майком «Большой Книгой»? Знаешь, нет. Как-то вылетело из головы.

– У меня тоже, – признаётся Холли.

– Я поговорю, но не думаю, что он что-то расскажет. На собраниях рот не закрывается, но к вопросу анонимности относится очень серьёзно.

– Понимаю.

– Препод, кстати, иногда бывает на встрече Круга Трезвости по средам, а потом заходит в «Флейм». Знаешь это место? Маленькая кофейня на Бьюэлл-стрит.

– Да, была там. Рядом с моим офисом.

– Я схожу на собрание, и если он там будет – поговорю с ним после. Если не будет – поспрашиваю у других. Ты ведь ищешь кого-то, кто называет себя Билл, или Билл У.?

– Верно.

– Что-нибудь ещё?

– Спроси у этого Майка «Большой Книги», не слышал ли он, чтобы кто-то высказывался злобно насчёт убийства Алана Даффри?

Таппервиль – приятный, зажиточный городок, что-то среднее между деревней и пригородом, примерно в двадцати милях к северу от города. Именно здесь живёт Майкл Рафферти – он же Препод, он же Майк «Большая Книга», – когда не ездит по собраниям АА и НА по всему округу Апсала. Здесь же находится городской центр досуга – с тремя бейсбольными полями для младшей лиги и одним для старшей. Все с освещением. До центра от дома Препода всего с полмили. Триг тщательно изучил район, но мог лишь надеяться, что во вторник вечером не пойдёт дождь. Непогода отменила бы игры, а значит – и его план. Но день выдался безоблачным и тёплым, особенно после вчерашних ливней. Триг не станет говорить, что это знак одобрения от Бога… но и не скажет, что не знак.

Игры идут на всех четырёх полях, обе парковки почти забиты. Триг аккуратно втискивает свою неприметную Тойоту в одно из немногих оставшихся мест, надевает солнцезащитные очки и кепку «Кливленд Кавальерс» и выходит. На нём серая куртка – такая же невыразительная, как и его машина. В одном из карманов лежит револьвер Смит-и-Вессон 38-го калибра. Он бы предпочёл свой 22-й, но с неохотой решил: Препод не может стать четвёртым «двойником присяжного». Препод относится к Одиннадцатой традиции («Мы всегда должны сохранять личную анонимность») очень серьёзно, но готов ли Триг поставить под угрозу свою миссию, полагаясь на то, что Майк «Большая Книга» никому не проболтался о сегодняшней встрече? Нет.

«Зачем я вообще сказал тогда, что человек, которого я оплакивал, умер в тюряге?»

Мысль была его, но голос – покойного отца.

– Потому что был на взводе, – бормочет он, поднимая ворот куртки и направляясь по улице к маленькому домику с одной спальней, где живёт Препод.

Даже если Препод и не сказал никому, что сегодня ждёт Трига на консультацию, они всё же бывали вместе на собраниях. В основном за пределами города, но всё же.

Если Триг оставит имя присяжного у Майка, кто-то может связать их двоих.

Это крайне маловероятно, ведь Триг никогда не называет на встречах своего настоящего имени. Но маловероятно – не значит невозможно. Лучше, чтобы всё выглядело как ограбление. Придётся убить ещё одного человека, но с этим Триг уже смирился.

Убивать, похоже, и правда становится проще.

Препод встречает Трига у двери и задаёт неожиданный вопрос:

– А где твоя машина?

Триг запинается, но быстро выкручивается:

– А, точно. Я оставил её у центра. Не хотел загромождать тебе подъезд.

– Зря. Моя в гараже, места полно. Заходи, заходи.

Препод ведёт Трига в уютную гостиную. На одной стене – рамка с текстом «Как это работает» из Большой книги. На другой – фото основателей Анонимных Алкоголиков: Билл У. и доктор Боб, обнявшись.

– Выпить хочешь? – спрашивает Препод.

– Мартини. Очень сухой.

Препод расхохотался. Хохот его напоминает Тригу, как смеётся Говорящий Осёл из тех самых реклам страховой компании: «и-а, и-а».

Даже зубы у него такие же – крупные, ослиные.