Однако ее отношение не помешало мне сидеть, прислонившись спиной к двери, и прислушиваться к малейшим признакам того, что с ней что-то не в порядке. Пока я ждала, мне пришло в голову, что, вероятно, это будет последняя ночь, которую мы проведем в пентхаусе.

Главная.

Так Энджел назвала это на парковке. Кай тоже, если уж на то пошло. Когда-то давно пентхаус Кая казался мне гламурной тюрьмой, из которой я не могла дождаться, когда выберусь, считая дни до истечения срока действия нашего соглашения. Но каким-то образом он стал домом, и не из-за своего величия, а потому, что чувствовала себя в безопасности.

Еще до того, как Хендрикс оказался хнычущим предателем, впервые за многие годы мы с Энджел могли расслабиться и не беспокоиться о том, что кто-то вломится в хлипкую дверь или наткнется на наркоманов на лестнице каждый раз, когда мы выходили из квартиры.

Но дело было не только в этом, дело было и в людях. Майлз и Дэнни, Жаклин и другой персонал. И Кай. Они тоже были дома.

Но по ту сторону стен таилась опасность, и единственный способ избавиться от нее - это убраться отсюда как можно дальше.

Тошнотворное ощущение того, что это наша последняя ночь, поселилось глубоко в моем животе и оставалось там, пока вечер не превратился в ночь. После того, как Жаклин принесла нам еду, а Энджел над всеми посмеялась, она, наконец, открылась и рассказала мне все о своем времени с Дэнни и Дианой.

После аварии они провели ночь в машине, которую вел Дэнни, общаясь, набирая сообщения друг другу на его телефоне. На следующее утро он отвез ее к Диане и умолял присмотреть за Энджел, чтобы он мог во всем разобраться, не беспокоясь об Энджел. Она никогда не знала, где остановился Дэнни, но каждые несколько дней он возвращался, чтобы убедиться, что все в порядке.

Энджел общалась с Дианой, написав друг другу записки, и, по-видимому, Диана даже начала изучать некоторые знаки. Она не ходила на работу все то время, пока Энджел гостила у нее, Дэнни заставил Диану поклясться, что она никогда не будет водить туда Энджел.

Несмотря на то, что Энджел никогда не ходила в клуб до сегодняшнего дня, по причинам, известным только Диане, она подумала, что это была блестящая идея - рассказать Энджел все об этом клубе и о том, что я там работала. Маленькой паршивке показалось забавным, что я проводила ночи, танцуя вокруг шеста для неряшливых старикашек. Несмотря на мрачность нашего воссоединения, она споткнулась о собственные ноги, делая вид, что крутится вокруг шеста, и мы вдвоем рухнули на кровать в приступах смеха.

Ее смех быстро оборвался, когда она объяснила, что произошло ранее.

Ей не следовало там быть, Диана не собиралась брать ее с собой, но одна из девушек, которая должна была проводить инвентаризацию, подвела Диану в последнюю минуту. У Дианы не было выбора, кроме как забрать Энджел. Я не слишком зацикливалась на том факте, что, если бы Диана оставила Энджел одну в своем доме, Хендрикс бы добрался до нее.

Энджел увидела панику на лице Дианы, когда та ответила на звонок, предположительно от Кая, сообщившего, что за ней охотится Хендрикс. Диана затащила Энджел в примерочную, спрятала ее в гардеробе и взяла с нее обещание оставаться там. Но когда вошли двое мужчин с пистолетами, она запаниковала и убежала. Только потому, что она застала их врасплох, она смогла опередить их. Ей чертовски повезло, что она добежала до сцены, где был Дэнни.

Бедняжка выплакала все слезы, когда рассказала мне о смерти Дэнни, ее руки так сильно дрожали, что ей пришлось несколько раз повторять знаки. Она все рыдала и рыдала, и все, что я могла сделать, это обнять ее и позволить ей высказать все, в то время как мое собственное сердце разбилось вдребезги. В конце концов рыдания стихли, пока она не заснула, завернувшись в мои объятия.

Если бы только сон приходил ко мне так же легко.

Я лежала там часами, не шевеля ни единым мускулом из страха потревожить ее. Конечно, мои мысли блуждали по Каю и тому, как он справлялся. Я знала, что он не даст себе времени оплакать Дэнни, и хотя я все еще злилась на него за то, что произошло в его офисе, мне до боли хотелось его увидеть. Я ничего так не хотела, как чтобы он забрался на кровать рядом со мной и обнял меня, пока я обнимаю Энджел.

Но он не пришел.

Может, это и к лучшему.

В конце концов я задремала, но что-то меня разбудило. Я нисколько не удивилась, обнаружив Кая, сидящего в кресле и наблюдающего за нами, освещенного только мягким светом лампы, стоявшей на прикроватном столике. Его длинные пальцы сжимали полупустую бутылку виски, а глаза были налиты кровью. Если бы я не знала его лучше, я бы сказала, что они налиты кровью от слез, а не от алкоголя.

Он смотрел на меня так пристально, как обычно, будто был в нескольких секундах от того, чтобы поглотить меня. Только на этот раз в нем не было похоти, только поражение. Принятие того момента, когда никто из нас не хотел кончать.

Под его мрачным взглядом я не могла подобрать слов, поэтому молчала и ждала, когда он заговорит первым. Он сделал глоток виски и, поморщившись, проглотил его.

– Как у нее дела?
– он кивнул в сторону спящей Энджел, как будто ему нужно было уточнить, кого он имеет в виду.

– Пока, кажется, с ней все в порядке. Но кто знает, что принесет завтрашний день или послезавтрашний.

Это было то, что крутилось у меня в голове, когда она засыпала.

Какое влияние окажет на нее все, через что она прошла? Не совсем недавно, а еще до того, как Кай появился в нашей жизни. Потерять родителей, сбежать, жить на улице. Все это наложило бы свой отпечаток.