Прежде чем я успел хорошенько подумать, шум из угла комнаты привлек наше внимание. Мы обернулись, одновременно поднимая пистолеты и целясь туда, откуда доносился шум.

В последующие минуты все произошло быстро, и мне показалось, что я наблюдаю за разворачивающейся сценой со стороны своего тела, бессильный остановить что-либо из происходящего.

Ближайшая к Дэнни дверь распахнулась, и внутрь вбежала крошечная фигурка. Если бы я не знал ее лучше, я бы сказал, что Райли удалось выбраться из машины, маленькая девочка была так похожа на свою старшую сестру. Ее милое личико исказилось от неподдельного ужаса, когда за ней погнались двое мужчин в балаклавах.

Дэнни ожил, схватив Энджел и обхватив ее своим огромным телом, пока мы с Майлзом стреляли в преследовавших ее мужчин. Они вдвоем стреляли из своего собственного оружия, их пули улетали в сторону прежде, чем наши попадали в цель. Они были мертвы еще до того, как упали на землю, но когда они падали, с другой стороны комнаты прозвучали еще три выстрела.

Крики и рев гнева, смешанные с эхом выстрелов, раздались по всему клубу. Я развернулся в ту сторону, откуда доносились выстрелы, и увидел удаляющуюся фигуру Хендрикса, убегающего как гребаный трус.

Мы с Майлзом бросились в том направлении, куда он ушел, но были остановлены на пол громоздкой фигурой Дэнни, рухнувшего на пол, и страдальческим криком Энджел, которая была раздавлена под ним. Моя бушующая кровь заледенела, когда страх скопился у меня внутри.

– Кай, - выдохнул Дэнни, сумев подтянуться, чтобы освободить Энджел, по лицу маленькой девочки текли слезы, когда она прижалась к Дэнни.

В этот момент время остановилось, когда мое зрение сузилось и я увидел три раны на спине Дэнни, из которых сочилась кровь. Я знал, что произошло, знал, что пули Хендрикса вонзились в спину Дэнни, но я не хотел признавать этого. Мои ноги подкашивались от необходимости пойти за Хендриксом, но мое проклятое сердце тянуло меня в другом направлении.

Мы с Майлзом подбежали к тому месту, где упал Дэнни, испуганные глаза Энджел остановились на мне, когда она крепче прижалась к Дэнни. Она встречалась с Майлзом раньше, но я чертовски надеялся, что она поймет, что я не хотел причинить ей вреда.

Какого черта я не побеспокоился о ней раньше?

Облегчение затопило меня, когда Дэнни пошевелился, его огромная рука потянулась к Энджел, привлекая ее внимание. Он застонал от боли, указывая на меня, и изобразил "хорошо" большим и указательным пальцами. Райли всегда говорила, что Энджел была умным ребенком, и даже сейчас, когда ее окружали бойня и смерть, она понимала, о чем говорил Дэнни. Она перевела взгляд с него на меня и слегка кивнула в знак понимания, прежде чем отойти назад, позволяя нам с Майлзом войти.

– Мне нужно посмотреть, насколько все плохо, - сказал Майлз дрожащим голосом, разрывая рубашку Дэнни. К этому времени материал насквозь пропитался его кровью, и через несколько секунд руки Майлза тоже были в крови. Дэнни поморщился от боли, и я схватил его за руку, переместившись так, что оказался на коленях рядом с его головой, его печальный взгляд остановился на мне.

– У меня есть ты, брат, - сказал я, сжимая его руку и делая все возможное, чтобы не показать страха. Я посмотрел на Майлза, который встретился со мной взглядом и слегка покачал головой. Мой взгляд упал на спину Дэнни, там было слишком много крови, даже если мы вытащим его отсюда, он, черт возьми, никогда не доберется до больницы.

Слезы защипали мне глаза. Я, блядь, никогда не плакал, но раньше я никогда не позволял себе чувствовать. Я гордился тем, что был безжалостным, холодным ублюдком, но за последние недели, с тех пор как встретил звезду, я изменился. Где-то на этом пути она изменила меня, и стены вокруг моего сердца рухнули, позволив мне почувствовать все.

Неужели это сделало меня слабым?

Возможно, но я не был уверен, что меня это волнует. По крайней мере, не сейчас.

– Я справлюсь?
– Дэнни застонал, но в его голосе звучало смирение. Он, блядь, знал, что умрет.

Первая слеза скатилась из моего глаза.

– С тобой все будет в порядке, брат.
– Я снова сжал его руку.

Он усмехнулся, но в этом не было юмора. Его глаза ненадолго закрылись, прежде чем снова открылись и уставились на меня.

– Ты дерьмовый лжец, Кай.
– Усилие говорить вызвало приступ кашля, изо рта брызнула ярко-красная кровь.
– Я сожалею обо всем, - сказал он, его слова становились все слабее.

– Не смей, блядь, извиняться, - прорычал я, гнев закипал во мне. Но не на Дэнни, а на себя. Злость на то, что я был таким несносным придурком, что никто не чувствовал, что может сказать мне правду.
– Если кому-то и нужно извиняться, так это мне. Мне чертовски жаль, Дэнни. Я никогда не должен был сомневаться в твоей преданности. Прости меня, брат.

По моим щекам потекло еще больше слез, и краем глаза я увидел, как Майлз вытер собственные слезы, прежде чем встать и выбежать из комнаты.

Дэнни сжал мою руку, это было чертовски смешно. Вот он умирал, и все же он успокаивал меня.
– Мне нечего прощать, Кай. Я чертовски люблю тебя, чувак, - его глаза наполнились слезами, а дыхание стало затрудненным.
– Но сделай мне одолжение, Кай.

– Что?
– ответил я срывающимся голосом.

– Присматривай за Райли и Энджел. Они слишком хороши для этого мира, слишком непорочны. Он снова закашлялся, изо рта потекло еще больше крови.
– Обещай мне. Обещай мне, что позаботишься о них.