Что бы ни случилось, я не могла позволить Хендриксу привязать меня к кровати.

Оглядывая комнату в поисках чего-нибудь очевидного, что могло бы помочь мне сбежать, мой взгляд переместился на дверь, которая вела во встроенную гардеробную. Только теперь дверь была снята. Я подошла к шкафу, гадая, сняли ли вторую дверь, ту, что вела в ванную, и, конечно же, сняли.

Спрятаться было негде.

По глупости я вернулась к двери и положила большой палец на электронную панель, но сердитый звуковой сигнал, который я слышала раньше, сообщил мне, что мой отпечаток пальца не зарегистрирован в системе. Я все равно потянула дверь, нисколько не удивившись, когда она не открылась.

Именно тогда мой взгляд упал на новое дополнение к двери. Замочная скважина чуть ниже ручки. Проведя пальцем по отверстию, я поняла, почему Хендрикс добавил к двери еще один замок. Даже если бы кто-то смог взломать систему безопасности, он мог бы запереть меня здесь одним ключом.

Он действительно обо всем подумал.

Повернувшись и прислонившись к двери, моя рука потянулась к талии, где металлический предмет все еще был плотно прижат к моей коже. Я уже собиралась вытащить этот предмет, чтобы посмотреть, что Эрни засунул за футболку, когда моя рука остановилась, и я снова опустила ее рядом с собой.

Здесь были камеры.

На самом деле, камеры были установлены в большинстве мест по всему пентхаусу. Я знала о камере в своей комнате после того, как Майлз рассказал мне о ней, когда мы были во Франции, но я также видела чертежи всего жилого дома, когда мы с Майлзом были на ранних стадиях планирования того, как мы нападем на Хендрикса.

Камеры были обозначены на плане, и по памяти я знала, что одна из них в моей комнате находилась над дверью, ведущей в гардеробную. Еще один был в шкафу, но Кай достаточно уважал мое уединение, чтобы не устанавливать его в ванной.

Я сомневалась, что Хендрикс позволил бы себе такое уединение.

Воспользовавшись тем, что Хендрикс не поставил в комнате больше камер, я подошла к краю кровати, самому дальнему от того места, где, как я знала, находилась камера. Я села, подтянула колени к груди и уткнулась в них головой, чтобы сделать вид, что я плачу.

Обхватив одной рукой колени, я опустила другую на талию и, не снимая топа, провела рукой по предмету, спрятанному у меня за поясом, проводя им по всей длине.

Он был небольшим, но, приложив к нему ладонь, я ощутила его форму. Он был прямоугольным и твердым, и когда мой палец коснулся небольшого бугорка сбоку от него, я в мгновение ока поняла, что это за предмет.

Складной нож.

Помимо того, что Майлз научил меня стрелять, он не учил меня пользоваться никаким другим оружием, но сколько тренировок мне нужно, чтобы обращаться с ножом? Конечно, это был простой случай воткнуть нож и надеяться на лучшее, не так ли?

Несмотря на то, что я присутствовала при том, как Кай и Майлз забирали жизни людей, я никогда не была той, кто нанес смертельный удар. Казалось, что это вот-вот изменится, или, по крайней мере, я собиралась сделать все, что в моих силах, чтобы покончить с жизнью Хендрикса.

Адреналин струился по моим венам, и мое сердце колотилось, как набирающий скорость поезд, пока я ждала, что будет дальше. Делая успокаивающие вдохи, я напомнила себе все, чему учил меня Майлз, когда учил защищаться. Не колеблясь. Доверяй своим инстинктам. Предугадай, что твой противник собирается сделать дальше. Используйте элемент неожиданности.

Я повторяла его уроки снова и снова, делая все возможное, чтобы замедлить бешено колотящееся сердце. На стороне Хендрикса было кое-что, чего не было у меня, и это была его сила. Он мог легко одолеть меня, и если бы он это сделал, у меня были бы всевозможные неприятности. Но поскольку нож был надежно заткнут за пояс, у меня был элемент неожиданности.

Я только надеялась, что не облажалась.

Я не знала, сколько прошло времени, моим единственным признаком того, что время прошло, был вид из моей комнаты. Шторы были раздвинуты, открывая вид на окна от пола до потолка, из которых открывался вид на город, раскинувшийся на многие мили. Это был вид, от которого у меня всегда захватывало дух, но сейчас я не могла сосредоточиться ни на чем, кроме своей неминуемой гибели.

Когда меня впервые забросили сюда, вечерело. Теперь наступила ночь, и город был залит яркими огнями, насколько хватало глаз. Звуки города доносились до моих ушей, пока люди занимались своими делами, не подозревая, что я заперта здесь и размышляю о том, как мне спасти свою задницу.

В каком-то смысле гул транспорта внизу успокаивал. Так было до тех пор, пока громкий хлопок не заставил меня вскочить на ноги и выглянуть в окно. Внизу мое внимание привлекли вспышки света, за которыми последовали безошибочно узнаваемые звуки выстрелов.

Меня пронзил укол надежды.

Я была слишком высоко, чтобы разглядеть, что происходит, единственным признаком перестрелки были вспышки света и эхо выстрелов. Я предположила, что это Кай и команда "Аполлона" сражаются с Оленями, и проблеск надежды пустил корни.