Мое лицо с силой ударилось о землю, когда кто-то прижал меня к тротуару, отрывая от мыслей, которые мчались так же быстро, как и я. Я не почувствовала этого. Я только злилась, что у кого-то хватило гребаной наглости остановить меня.

Я перекатилась на спину, ругаясь и отплевываясь от бешенства, пока не поняла, что это гребаный Джейми догнал меня.

— Какого черта, придурок? Что за чертовщина с полетами?

У этого придурка слезы на глазах, а ведь это меня он только что растоптал, как чертов полузащитник. Господи Иисусе.

— Мне очень жаль, Скарло. Я должен был. Они собирались применить к тебе электрошок, — он прошептал извинения, но все равно передал меня двум полицейским.

Как только я оказалась в их руках, они прижали меня к холодному металлу полицейского внедорожника.

— О, Боже, будьте с ней помягче, пожалуйста! С ней не всё в порядке. Это не она.

Он продолжал умолять их не причинять мне боль, но они не слушали, грубо заводя мои руки за спину, чтобы надеть на меня наручники, заставляя кричать во все горло.

— Мне очень жаль, Скарлетт. Очень, очень жаль. Он не хотел, чтобы я это делал, но тебе нужна помощь.

— Кто, блядь, такой «он»? И к черту их помощь. Скажи им, чтобы оставили меня в покое, Джейми! — закричала я, разъяренная из-за того, что слезы текли по его щекам, хотя это не его сейчас арестовывали.

Он покачал головой, когда меня грубо впихнули в открытую дверь внедорожника. Полицейские разговаривали со мной, но я не могла отвести глаз от своего лучшего друга-предателя, и джазовое радио в моей голове работало на полную мощность, отвлекая их внимание.

— Скарлетт Дэй?

Я отвела взгляд от Джейми в сторону водительского сиденья, чтобы увидеть одного из полицейских, который был прямо передо мной.

— Как, черт возьми, ты добрался туда так быстро?

Полицейский нахмурился, как будто был в замешательстве.

— Мы отвезем вас в больницу, чтобы проверить колено. Если то, что говорит ваш друг, правда, и вы сейчас трезвы, они проведут обследование и, возможно, отправят вас в клинику, а не в вытрезвитель.

Я фыркнула. Чертовы идиоты. Они ни черта не знают о том, что такое быть сумасшедшим. Я выросла среди сумасшедших, пока моя мать не сделала то, что было лучше для всех, и не сбежала. Скатертью, блядь, ей дорога.

— Я не сумасшедшая, — прошипела я в ответ и повернулась к окну, чтобы обругать Джейми за то, что он втянул меня в эту историю. Только на него уже кричал кто-то, кого я даже не знала.

Но, черт возьми, как бы я хотела добраться до...

Он великолепен, несмотря на то, что гнев краснел на его светлых щеках. Он на несколько дюймов выше моего друга, рост которого превышал шесть футов, и я облизнула губы, потому что, черт возьми, он из тех мужчин, с которыми я бы с удовольствием сорвала свою вишенку. Хотя я бы заставила его снять эту дурацкую маску с правой стороны лица. Конечно, она тоже довольно горячая. Мой мозг продолжал метаться, представляя все позы, которые я просмотрела на порносайтах за эту неделю, миллион раз, когда пыталась кончить сама.

Но когда он столкнулся с полицейской машиной, пока мы отъезжали, ярость растаяла с его непокрытой стороны лица, и все вокруг затихло. Моя грудная клетка наполнилась столь необходимым воздухом, а мое зрение стало туннельным и сфокусировалось только на нем. Он произнес что-то, чего я не могла разобрать, но то, как его губы сложились в букву «О», заставило меня сделать то же самое со своими. Его темный, завораживающий взгляд заставил меня расслабиться на сиденье, пока внедорожник не свернул с Тулуз-стрит, оставляя его позади.

Я пыталась представить себе его тень на тонированном окне, размышляя о незнакомце, который заставил мой разум успокоиться впервые с тех пор, как был убит мой отец.

Увертюра

Наши Дни

Сол

Когда она смеется, я представляю, как засовываю свой член ей в горло, как слезы блестят на ее великолепном лице, пока я не кончу.

Но когда она поет... черт, когда она поет... вот это настоящий экстаз.