Шрифт:
— Если брак с Маккенноном настолько губителен, как ты думаешь, продолжай. Отвечай. — Едкие слова шипят из меня, когда я возвращаю ей мобильный. — Я бы с удовольствием посмотрел, какую ложь ты придумаешь, чтобы сказать моей новой теще. Не забудь назначить время позднего завтрака.
Я отпускаю ее и отступаю назад, чтобы прислониться к дивану, положив руки на его кожаные подлокотники.
Она смотрит на меня настороженно, с легким замешательством. Не знаю, из-за чего, но я полностью прекращаю анализировать, когда она отвечает, и Мойра О'Ши визжит в трубку, как банши.
Сцена 9
ВЫСОКИЕ СТАВКИ
Лейси
— Лейси! Лейси, ты в порядке?
Мамин крик потрясает меня, как монетка в розетке.
— Мама! Мама! Ты в порядке? Что случилось?!
— Лейси! Ты в порядке. Слава Богу. Ты не ответила сегодня утром, и я испугалась, что той бедняжкой была ты!
Кайан изображает скуку, откидываясь на спинку дивана, его рельефный пресс, как у стиральной доски, теперь сухой и непринужденно напряжен. Но его темно-каштановая бровь слегка приподнимается от интереса.
— Мама, успокойся. Я тебя не понимаю. Про кого ты говорила, думая, что это я?
Она сглатывает так сильно, что у меня самой болит горло, несмотря на принятый ранее ибупрофен. Моя рука скользит к шее, туда, где были пальцы Кайана. Уголком глаза я замечаю легкую, приводящую в бешенство ухмылку на его губах. Я хмурюсь на него в ответ.
— Сегодня утром в одной из гримерных «Руж» была найдена мертвой женщина! Ее лицо было избито до неузнаваемости, но на ней был белый костюм невесты, а волосы такого же цвета, как у тебя. Я была так напугана, Лейси.
— Прошлой ночью в «Руж» была убита женщина? — мои глаза расширяются.
Дерзкое выражение лица Киана исчезает, и он встает с дивана, чтобы подойти ближе. Его руки с толстыми жилками сжимаются в кулаки, и я вижу, как пульсирует его сердце в венах. Но когда он останавливается в шаге от меня, так близко, что тепло, исходящее от его кожи, согревает мою, я не чувствую страха.
Я чувствую себя защищенной.
Опасно.
— Да! В месте нашего собственного бизнеса! Менеджер сообщил мне, пока я ждала тебя в здании суда. Твой отец не сможет позвонить до тех пор, пока охранники не уйдут сегодня на перерыв, так что я не смогла с ним поговорить. И когда я тоже не смогла связаться с тобой, я подумала о худшем!
— Мам, мне так жаль, но я в порядке. — Мои глаза встречаются с глазами Кайана, и от меня не ускользает ирония в том, что я говорю дальше. — Я в безопасности.
— Где ты? Роксана настаивала, что ты в своем номере, но один из наших телохранителей сказал, что тебя нет, а Мэйв утверждает, что ты оставила их в клубе.
Мое сердцебиение учащается. Черт возьми, Мэйв, может, и не помнит многого, но она помнит одну из самых убедительных улик против меня.
Кайан качает головой и шепчет:
— Она была слишком разбита, чтобы помнить.
Я киваю ему и использую его ложь.
— Она прикрывает тот факт, что прошлой ночью была слишком пьяна, чтобы помнить что-либо, кроме лимузина. Но обо мне не беспокойся, я в порядке. Что сейчас происходит в «Руж»? Полиция там?
— Следователи на месте преступления и Коронер проводят обследование бедной девочки. Полиция попросила меня посетить клуб, поскольку я являюсь фактическим владельцем. Я сейчас покидаю здание суда, чтобы ответить на любые вопросы, которые у них могут возникнуть.
— Они знают, кто мог это сделать?
— Они даже не знают имени жертвы, Лейси!
— Ладно, прости. Я тоже волнуюсь и просто пытаюсь осознать все это.
Сильная рука Кайана сжимает мой затылок, и, как бы мне этого не хотелось, я позволяю себе найти утешение в нем, пока он массирует мне затылок.
— Самое главное, что нас не привлекут к ответственности. Ведущий детектив - один из наших, так что, по крайней мере, он на нашей стороне, если выяснится, что сделка сорвалась.
Я поджимаю губы, чтобы удержаться от того, чтобы высказать свое мнение против старшего.
— Ага, — бормочу я, зная, что она не уловит моего сарказма. — Это самое важное.
Если погиб кто-то невиновный, не должно иметь значения, кто на чьей стороне. С убийцей следует поступить соответствующим образом - либо внутри компании, либо со стороны правительства. Но если удар был нанесен высокопоставленным сотрудником, ни того, ни другого не произойдет.
Так принято в Гвардии. Моя семья процветает в обществе рукопожатий и обращенных к ней голов. Глиняные фишки для покера так же хороши, как деньги, а лояльность так же хороша, как и шантаж, который ее обеспечил.