Сердце наполнилось острой жалостью к несчастной. Я опустился на колени рядом и нежно сжал её руку. Кожа оказалась сухой и горячей, как у человека, страдающего лихорадкой.

— Леди Лорея, мне больно думать о том, что Вы томитесь здесь в одиночестве, предаваясь своему горю. Не хотите ли отправиться со мной туда, где живёт Ваша сестра, леди Лигея Розоцветная?

— Ты знаешь, где живёт Матерь Эльдари? — недоверчиво спросила Ванесса.

Я проигнорировал её вопрос, не отрывая взгляда от Лореи, которая слегка приободрилась при упоминании сестры.

— Маленькая Роза? — прошептала она, и на мгновение в глазах промелькнуло что-то живое. — О, она всегда была очень милой! Весьма хорошенькая, и от неё всегда так сладко пахло! А её дочки — просто прелесть! Такие красивые и игривые!

— У неё скоро родится ещё одна дочь, — сказал я с тёплой улыбкой, вкладывая в голос всю искренность, на которую был способен. — Дриада, чудо из чудес. Думаю, она была бы в восторге, если бы сестра находилась рядом с ней в такое радостное время.

— В жизни не слышала подобной ерунды! — с неподдельным гневом выпалила вдруг Карина. — Не стоит так играть с эмоционально уязвимой женщиной!

Но дриада, казалось, слышала только меня.

— Дитя дриады? — прошептала Лорея, и изуродованное лицо озарилось удивлением и радостью. — О, если кто и заслуживает такого благословения, так это маленькая Роза!

Потом выражение её лица снова потемнело.

— Но если я уйду, кто останется помнить о моих детях?

— Вы и будете помнить, — мягко ответил ей, снова сжимая её руку. — И сможете рассказать о них госпоже Розоцветной. Я видел их лишь отчасти сквозь призму вашего горя, но мне показалось, что они прожили радостную жизнь в мире и достатке много веков подряд. Думаю, они хотели бы, чтобы их описывали именно такими, если бы Вы смогли поделиться их историей с теми, кому интересно её услышать. Знаете, мне самому хочется узнать всё о тех временах.

Лорея тяжело вздохнула.

— Хорошо думать о радостях жизни в окружении любимых детей, а не только об их… — она с содроганием оборвала себя и яростно замотала головой. — Но нет, не могу! Пока нет, боль ещё слишком свежа.

Она обняла меня своими иссохшими руками.

— Но видеть всех вас, милых детей, рядом со мной, слышать ваши приятные голоса, чувствовать вас в объятиях… это приятно. Ощущения, которые я давно забыла.

Я осторожно похлопал её по спине, стараясь не причинить боль хрупким плечам.

— Я очень хочу снова увидеть госпожу Розоцветную, миледи. Возможно, Вы позволите мне сопровождать Вас к ней?

— Чем больше я об этом думаю, тем привлекательнее звучит твоё предложение, милое дитя, — рассеянно пробормотала дриада.

Я поморщился, когда объятия сжались сильнее, причиняя неудобство. Она оказалась гораздо крепче, чем выглядела на самом деле.

— Но всё слишком внезапно, особенно после того, как я так долго была одна. Из-за этого я чувствую себя ещё более растерянной, чем обычно, и совсем не могу сосредоточиться на своём горе.

Я почувствовал, как она слегка расслабила руки, хотя по-прежнему крепко меня держала. Голос её стал сонным.

— Да, думаю, мне нужно немного отдохнуть. Мы можем поговорить позже.

Я слушал, как её дыхание становится глубоким и ровным, и недоумевал, как снова оказался в этой дурацкой ситуации. Судьба словно издевалась: то одна полубогиня использует меня как живую подушку, то другая.

— Мне остаться с Вами, миледи? — наконец спросил у неё. Ведь всё равно придётся, если не хочу силой вырываться из объятий, а у меня не поднималась рука причинить боль страдающей дриаде.

— О, это было бы чудесно, — вздохнула Лорея. — Как давно я не спала, держа на руках одного из моих дорогих детей!

Затем её голос стал сбивчивым, словно она говорила сквозь сон: — Только ты не один из моих детей. Ты творение Люменарианны, и в то же время нет. Разум и дух, ловко соеднённые в смертном сосуде, созданном ею. Это… необычно.

— О чём, во имя Богини, она говорит? — в замешательстве спросила Карина.

— Молчи! — тихо, но строго сказала Лили, тоже подныривая в объятия Лореи. — Миледи, можно мне тоже присоединиться?

— О, конечно же, дочь Куниды! Давно никто из вашего рода не навещал нас.

Карина выглядела растерянной, глядя на нашу странную обнявшуюся троицу.

— Думаю, я пойду сообщу рейду, что вы проведёте ночь здесь, — наконец сказала она.

Я кивнул, боясь нарушить хрупкий покой дриады громким голосом. — В моё отсутствие командует Владис. Если утром мы не сможем уйти, пусть собирает рейд и отправляется в поместье Мирид.

— Хорошо, — она бросила на нас последний озадаченный взгляд, словно завидуя близости с Лореей, затем перелезла через рухнувшую стену и скрылась.