Мы ждали целую вечность. Или так показалось? Когда нервы на пределе, время тянется, словно жвачка. Потом дриада резко дёрнулась, ахнула и начала дышать глубже, как человек, который наконец-то вынырнул из воды на поверхность.

Плечи расслабились сами собой, я и не заметил, как сгорбился от напряжения. Сжал плечо Лили, мол, всё в порядке, держись, и с болезненным стоном поднялся на ноги. Подошёл к целителям.

— Что думаешь? — спросил у Юлиана.

Старик покачал головой, лицо у него было мрачнее тучи.

— Жива, слава богам. Но очистим ли мы её от порчи — большой вопрос.

Полностью разделяю его опасения.

— Предлагаю поставить целителей на четырёхчасовые смены, — я посмотрел на изнурённых людей. — Восстановят ману и продолжат работать.

Жрец кивнул.

— Да, это наш единственный шанс, — он огляделся по сторонам, поморщился на груды обломков. — Остальным тоже стоит отдохнуть, снаряжение починить. Хотя караул выставить надо, мало ли эти твари из-под камней выползут или перелезут через завалы.

К нам подошёл Владис с таким видом, будто побывал на похоронах.

— Странный какой-то получился бой, — проворчал он. — По всем канонам должны были получить подтверждение победы, опыт, добычу нормальную, а тут только эти проклятые цветы… И задание висит как незавершённое.

Я тоже это заметил. Как в старых добрых ММО из прошлой жизни: убил босса, а система молчит. Значит, либо этап промежуточный, либо что-то пошло не так.

— Либо это был не настоящий босс, — я наконец высказал вслух свои опасения, — а просто шанс помочь нуждающейся, либо бой ещё не закончен.

Владис сплюнул в сторону.

— Я тоже боюсь, что так и есть, — он оглядел измотанных бойцов и тяжело вздохнул. — Ладно, займусь людьми. Пусть отдохнут, снаряжение приведут в порядок, стрелы и расходники пополнят. Надеюсь, следующий этап не станет таким же паршивым.

Мне тоже предстояла куча дел: стрелы собрать, а сломанные починить или сделать новые. Проверить, хватит ли материалов на ловушки, в следующем бою наверняка пригодятся. И ещё сундук откопать из-под завала. Легендарный артефакт вроде как неуязвимый, но кто его знает… Теория — это одно, а практика — совсем другое. Уж слишком серьёзные камни на него свалились.

Пока что ничто его не смогло повредить, но такого экстрима он ещё не проходил.

Я взглянул на Юлиана.

— Думаю, целителям всё же стоит немного маны в запасе оставить на случай, если придётся снова драться.

Старик вздохнул как человек, которому предложили работать в выходные за полставки.

— Будет тяжко, но… разумная предосторожность, — согласился он неохотно.

Хлопнув священника по плечу, я тоже принялся за работу. В армии говорили: «хочешь выжить — готовься к худшему, а надейся на лучшее».

Часов через пять окончательно смирился с мыслью, что заночуем здесь, в разрушенном театре. Целители продолжали колдовать над Лореей.

Всё шло не совсем по тому сценарию, к какому привык в рейдах: убил босса, забрал лут, пошёл дальше. Но это настоящая жизнь, а не игра. Здесь умирал настоящий человек, и мы пытались ее спасти.

С другой стороны, время работало на нас. Все отдохнули, привели в порядок снаряжение. Даже провели разбор боя. Слишком много переменных, слишком мало контроля. Случись чуть-чуть по-другому, и могли всех потерять.

Хотя имелись и плюсы. Команда стала более сплочённой, меня слушают внимательнее. Ничто так не объединяет, как пережитое вместе дерьмо.

Я стоял и как раз прикидывал, не перелезть ли через завалы и проверить наших помощников, убедиться, что Скверноцветы им не угрожают, а заодно и мастеров позвать снаряжение чинить, но тут Лорея наконец зашевелилась и села, всхлипнув.

— Дети, — прошептала она, оглядывая нас запавшими глазами. В них отражалось столько тоски, что сердце сжалось от жалости. — Мои прекрасные дети, вы наконец вернулись ко мне?

Потом лицо её исказилось, и в голосе появилась горечь.

— О нет, всё верно, вы же новенькие. Те, кто разрушил мой зал.

Я быстро подошёл к высокой женщине и опустился на колени. Говорить нужно было мягко.

— Миледи, я сэр Артём Крылов, и это мой отряд. Как Вы себя чувствуете?

Дриада сжалась, и из вновь неё хлынула волна горя, такая же мощная, как в начале боя. Накрыло с головой, перехватило дыхание.

— Мои милые малыши! — простонала она надрывно.

Потом, с явным усилием воли, судорожно вздохнула и глухо рассмеялась, звук, от которого мурашки побежали по коже.