А слышали ту, где брат-близнец мальчика вмешивается и целует девочку, чтобы вызвать у брата ревность?
Нет?
Тогда пора вас просветить.
Уайатт Гибсон был моим лучшим другом с тех пор, как мы ходили в подгузниках, и я влюбилась в него, когда нам было по десять.
Но когда Уайатт уехал учиться в колледж, а я осталась в нашем родном городке Ньюберри-Спрингс, штата
Техас, я отказалась от мечты, что мы когда-нибудь будем вместе - даже несмотря на то, что он поцеловал меня в ночь перед отъездом.
Прошло восемь лет, и теперь я помогаю ему с бизнесом, стараясь не выдать того, что безнадёжно в него влюблена... и, наверное, всегда буду.
Но поддаться этим чувствам - поставить на кон всё, что дорого мне в жизни: его семью, которая стала моей собственной, и дружбу длиною в жизнь, которую я ценю куда больше, чем свои фантазии о том, каково было бы принадлежать ему полностью.
Жизнь была нормальной, пока брат-близнец Уайатта, Уокер, не решил, что ему надоело, что мы ходим вокруг да около, и не придумал план, который заставит Уайатта признаться в своих чувствах.
Он поцеловал меня.
И даже зная, что это ранит Уайатта, мне было приятно играть с огнём - выйти за рамки безопасной зоны, в которой я жила из страха всё изменить.
Но всё действительно изменилось.
Всё стало одновременно туманным и опасным.
И вдруг, из человека имевшего всё... я стала тем, кто мог всё потерять.
Эта книга — для девушек, которые всегда осторожно обращались со своим сердцем.
Не извиняйтесь за то, что вы сдержанны.
Но и не бойтесь рискнуть своим сердцем.
Потому что без риска не бывает награды.
Возможно, тебе кажется, что ты можешь всё потерять —
но не забывай, что ты можешь и всё обрести.
А ещё — для Эмили.
Эта книга не увидела бы свет, если бы ты не подтолкнула меня к её публикации.
Спасибо, что помогла мне увидеть то, что моё сердце уже знало.
«Мне кажется, что лучшие отношения — те, что остаются с нами надолго — часто вырастают из дружбы. Знаешь, наступает момент, когда ты смотришь на человека и видишь в нём нечто большее, чем раньше. Будто где-то щёлкнул выключатель. И тот, кто был просто другом, внезапно становится единственным, с кем ты можешь представить своё будущее.»
— Джиллиан Андерсон
Пролог
Келси
Десять лет
— Убери это от меня! — Я молотила руками и ногами изо всех сил, убегая от Уайатта с его ведром червей. В прошлый раз, когда он меня догнал, одна из этих мерзких тварей оказалась у меня в волосах, а Уайатт — с разбитой губой после того, как я врезала ему.
— Да ладно тебе, Келс! Они ведь не кусаются! — слышу его смех за спиной сквозь свист ветра, пока несусь к спасению.
— Мне всё равно! Они отвратительные и скользкие!
— Не будь такой девчонкой!
— Но я и есть девчонка! — Я оглядываюсь через плечо, прячась за завесой своих кудрявых светлых волос, и проверяю, сколько ещё между нами расстояния. Потом спускаюсь с небольшого холма к ручью на участке семьи Гибсонов — тому самому ручью, где мы с Уайаттом играем почти каждый день до заката.
Мы знаем, что нельзя не успеть домой до того, как на веранде загорится свет. В тот раз, когда мы опоздали, Уайатта наказали на неделю, и, поскольку он мой лучший друг, та неделя была самой долгой и скучной в моей жизни.
Я резко останавливаюсь у самой кромки воды, склоняюсь вперёд и упираюсь руками в колени, пытаясь отдышаться. Но тут вздрагиваю и отскакиваю назад, когда слышу, как Уайатт спускается по склону и приземляется рядом со мной, ухмыляясь своей озорной улыбкой.
Я грозно указываю на него пальцем, стиснув зубы. — Только попробуй ещё раз бросить в меня червей, Уайатт Аллен Гибсон, клянусь Богом — расскажу твоей маме!
Он тяжело выдыхает, ставит руки на бёдра и закатывает глаза. — Расслабься, Келс. Я не собираюсь в тебя кидаться, ладно? Они мне нужны, чтобы рыбу ловить. А если ты будешь орать, как девчонка, все рыбы разбегутся.
Я выдыхаю с облегчением и немного расслабляюсь, хотя полностью ему не доверяю. Я знаю Уайатта с пелёнок — с тех самых времён, когда мы бегали в подгузниках, и именно тогда началась наша дружба.
Наши отцы росли вместе, так что неудивительно, что и мы росли вместе. Я — единственный ребёнок в семье, родилась на несколько месяцев раньше Уайатта и его брата-близнеца Уокера. Хотя между ними особая связь, мы с Уайаттом всегда держались вместе.
Я наблюдаю, как он достаёт удочку, которую прячет среди ветвей старого дуба у ручья. Он вытаскивает её, возится со снастью, потом берёт червяка и насаживает его на крючок. У меня кривится рот от отвращения.
— Это ужасно. — Я содрогаюсь и сажусь на берегу, начинаю собирать речные камушки и выкладывать из них узоры, как делаю всегда. Иногда это сердечко или звезда, иногда — буквы. Не важно, что именно, главное — процесс. Уайатт рыбачит, а я играю с камнями и прикрываюсь от солнца. Это наш обычный ритуал.
— Тебе нужно перестать бояться. Настоящий мужчина ловит рыбу настоящими червяками.
— Новость для тебя: ты ещё мальчик.
— Но я ведь когда-нибудь стану мужчиной. И хочу уметь ловить рыбу по-настоящему. — Он смотрит на спокойную воду. — Ты останешься на ужин?
Он снова сосредотачивается на воде, следит за поплавком и ждёт, когда клюнет. Хотя я ни разу не видела рыбы в этом ручье, Уайатт уверен, что когда-нибудь её поймает. Мальчишки такие глупые иногда.
Я пожимаю плечами, ковыряю нитку на колене джинсов и тянусь за новыми камешками. — Не знаю. Зависит от того, когда мама за мной приедет. Она работает в офисе в городе, ассистентом у какого-то мужчины. Не совсем понимаю, чем она занимается, но он всё время нажимает кнопки на калькуляторе, а мама постоянно говорит с папой о каких-то "налогах", что бы это ни значило.