Джеймс склонился над ней и прошептал. — Я не хочу уходить. — его глаза умоляли остаться, защитить ее, помочь — хоть как-нибудь.

— Иди.

Он поцеловал ее в щеку и встал, сжав губы в тонкую белую линию.

Бетани подождала, пока люк не захлопнулся и только потом заговорила.

— Марки, запусти автодок и расскажи мне, что увидишь.

— Кровяное давление…

— Давай попроще.

Последовала пауза. — У вас терминальная стадия рака, неизлечимо. Через шесть-восемь недель произойдет полный отказ основных функций.

Так долго! Еще целых шесть-восемь недель до конца. Бетани помнила, как ее мать рассказывала, как умирал дедушка, как в конце он умолял дать ему обезболивающее, хотя оно не могло облегчить его агонию. А у нас нет ничего настолько сильного, подумала она, и ее сердце слегка заколотилось в панике. Восемь недель, потеря достоинства, слезы и вопли… и боль. Она с трудом сглотнула и поморщилась. Ее силы уже были на пределе. Она представила, как хнычет и корчится, — и испуганные, беспомощные лица своих сыновей.

— Медикаменты на борту остались? — спросила она.

— Ответ отрицательный, лейтенант. Все, что осталось в аптечке, — это одноразовая доза быстродействующего яда, для экстренного использования в случае угрозы пленения.

Бетани с облегчением закрыла глаза. Хорошо, подумала она.

— У меня есть инструкции для тебя, — сказала она.

— Жду инструкций.

— Я хочу, чтобы ты защитила жителей Какастлы от любых внешних агрессоров. Если кто — то извне придет сюда убивать и красть — ты уничтожишь его.

— Поняла, лейтенант. Что насчет агрессоров из Какастлы? Мои программы показывают, что в обществе часто существует внутреннее давление, которое может привести к агрессии.

— С этим пусть люди сами разбираются. Мы не можем защитить людей от… глупости. Просто не позволяй им становиться жертвами посторонних.

— Да, лейтенант.

— Я хочу сделать укол прямо сейчас. — Бетани закрыла глаза, тяжело дыша, и стала ждать.

— Вам грозит опасность быть захваченной в плен? — спросил Боло. — Я не обнаружила никакой вражеской активности. — машина не могла смутиться… Бетани снова улыбнулась, несмотря на боль, вспомнив капрала-компьютерщика, который когда-то запрограммировал этот страстный голос. Винателли мертв уже тридцать лет, но Боло Марк III все еще хранил отпечаток его одиноких фантазий. — Вы вошли сюда с членами семьи.

— Мне угрожают жестокие пытки, — сказала Бетани.

— Извне пределов сообщества?

— Изнутри меня! — огрызнулась Бетани, зная, что автодок подтвердит, что она говорит правду. — Сделай мне этот чертов укол. Ну!

Послышалось легкое шипение, но укола иглы не последовало. Затем она почувствовала, как по венам разливается тепло, сменяясь холодом. Дышать стало немного труднее, сердце замерло. Бетани ахнула и широко раскрыла глаза. Выдохнула еще раз и, не мигая, откинулась в командирском кресле.

Братья расхаживали взад-вперед уже больше часа. Горный воздух становился все холоднее, а люди за ними все еще стояли и ждали, некоторые кутались в шали или одеяла, другие просто стояли.

— Может, она заснула, — предположил Джозеф. Он нахмурился. — Я бы не хотел ее будить.

Они с Джеймсом переглянулись.

— Марки, — сказал Джеймс, — лейтенант Мартинс спит?

— Нет, капитан.

Это явно был голос их матери, более молодой и сильный, чем они слышали в последние годы. Оба мужчины выпрямились и удивленно уставились друг на друга, на их губах появились улыбки надежды.

— Мама, — позвал Джозеф и начал подниматься.

— С тобой все в порядке, мама? — спросил Джеймс, чувствуя, как колотится его сердце, но стараясь не слишком надеяться.

На этот раз ему ответил знойный сладкий голос Боло. — Лейтенант Бетани Мартинс в данный момент не может ответить.

Джозеф застыл на лестнице, а Джеймс хлопнул по боку танка, как рассерженный ребенок.

— Что значит не может ответить? — спросил он. — Если она не спит, почему она не может? — его глаза расширились. — Ей нужна помощь?

— Нет, сэр, — ответил голос Бетани, — помощь не требуется.

Джозеф обмяк и привалился к борту Боло.

— Она мертва, — бесстрастно произнес он.

— О чем ты говоришь? — огрызнулся Джеймс. — Похоже, с ней все в порядке. — Она точно в порядке, настраивал он сам себя, игнорируя внутренний голос, который твердил ему, что что-то не так. Он начал подниматься по крутому боку Боло.

— Марки, — сказал Джозеф, — пожалуйста, подтверди, лейтенант Бетани Мартинс жива или мертва?