Папаша бережно отщёлкнул замочек и открыл крышку. Внутри, утопая в красном бархате, лежала какая-то штука, похожая на старый кнопочный телефон, но без кнопок. Зато с небольшим квадратным экраном. Корпус устройства был чёрным. На крышке ящичка был кармашек, из которого торчало что-то бумажное. Наверное, как и говорил Папа, инструкция.

— И как это работает? — спросила Инко, поскольку инициатива в разговоре уже давно перешла к ней.

— Берёшь, прикладываешь ко лбу обратной стороной, там есть стеклянный кружочек специальный, и смотришь на экран. Там появятся цифры, это и будет твоё количество маны в организме на данный момент, — сказал Папа.

— Я испытаю? — спросила Инко.

— Конечно! — сказал Папа, но по голосу чувствовалось, что он, конечно, не очень хочет, чтобы мы брали в руки манометр, пока он не наш. Но разрешил, так разрешил.

Инко взяла «телефон», повертела в руках, разглядывая, и спросила у Папы.

— А как его включать? Батарейки, наверное, нужны какие-нибудь?

— Нет, — сказал Папа, — там, в инструкции всё написано. Он включается автоматически и работает от маны того, кого измеряют, но использует сущий мизер. Так что, за это можете не переживать.

— Ясно! — сказала Инко и не то что приложила, а буквально впечатала манометр мне в лоб.

— Ого! Двести восемьдесят четыре! — уважительно сказал Папа, — у моих ребят в среднем по пятьдесят или шестьдесят, больше практически не бывает. У меня до восьмидесяти доходит, максимум!

— Ну-ка, дай я тебя померю! — сказал я, одной рукой забирая у Инко манометр, а другой, потирая ушибленный лоб.

— Обалдеть! — воскликнул Папа, когда увидел цифры на экране, — семьсот двенадцать! Да ты, деточка, просто склад с маной.

— Ты, старый, на чужую ману ротик-то не разевай! — усмехнулась Инко.

— Да нет, куда уж мне! — махнул рукой Папа, — даже если бы и хотел, как я смогу у тебя ману забрать? Да и не нужна она мне. Что я с ней буду делать? Просто удивился, что у тебя её так много.

— Ещё не понятно, можно верить этим цифрам или нет, — сказал я, — может быть, это всё произвольные числа выскакивают на экране.

— Да нет, своих ребят я многих проверял, у них, у всех близкие значения. А у вас вон сразу совсем другие, намного выше, — сказал Папа, — ну так что, дельная вещь?

— Интересный девайс, — сказала задумчиво Инко, — Алик, ты что думаешь по этому поводу?

— Дело не в манометре, а в том, сможем ли мы справиться с троглодитом, — сказал я.

— Старый, а утюг у тебя есть? А лучше два! — сказала Инко.

— Так что, значит, берётесь? — обрадовался Папа.

— А как ты узнаешь, что мы выполнили заказ? — спросил я.

— Поверю на слово, — развёл руки в стороны Папа, — мы вроде уже не первый день знакомы. Человек ты вроде нормальный, судя по прошлой встрече… хотя и не помнишь ничего. Да и подруга твоя мне симпатична. Если нет возможности проверить, придётся поверить.

— Так что там с утюгами? — спросила Инка.

— Так мы, в самом деле, берёмся за это дело? — удивился я.

— Почему бы и нет? — пожала плечами Инка, — и прибор прикольный, и на троглодита попробовать поохотиться интересно.

— А вдруг он на нас поохотится? — спросил я.

— Тем будет интереснее! — радостно сказала Инко, — не бойся, мы будем предельно осторожны, и если вдруг поймём, что не справимся, оставляем за собой право отказаться от заказа. Но и ты, старый, смотри, не вздумай попытаться нас кинуть. Мы очень злопамятные, несмотря на то, что некоторые из нас этого и не помнят. Памяти нет, но зло-то осталось! — и она весело рассмеялась.

— Да нет, что вы! — поспешил успокоить её Папа, — и в мыслях не было. Устройство это видно редкое и очень полезное, но нам без особой надобности. А вот освоенная территория с плантациями плесени, это, можно сказать, жизненная необходимость для выживания нашей общины. Так что, зачем мне пытаться вас обмануть?

— Надеюсь, что незачем, — подозрительно сказала Инко, и я понял, что она специально нагнетает, чтобы у Папы даже мысли такой не возникло.

— Ну, тогда мы вас ждём! — торопливо сказал Папа, положил манометр коробку, закрыл её и быстро убрал в сумку, — надеюсь, у вас всё получится.

— Боишься, что мы передумаем? — сказал я, видя некоторую его суетливость.

— Есть такое, — не стал спорить Папаша, — я вам сверху ещё несколько банок консервов дам, — решил он нас дополнительно замотивировать.

— Тоже трофей? — спросил я.

— Он самый… — неопределённо ответил Папа.

— Утюги! — Инко требовательно протянула вперёд руку с открытой ладонью.

— Не утюги, а утюг, — вздохнул Папа, — у нас он только один. Никогда не думали, что они нам могут понадобиться, вот и не стремились их добывать. А тут такая оказия! Порылись в закромах и выяснили, что имеется в наличии всего один… да и тот старенький!