«Хорошо, не буду забивать этим голову, — мысленно махнул рукой Крас. — Мы соберём свою роту. С блэк-джеком, шлюхами и всем, что положено настоящим героям. А я, как известно, всегда плачу по долгам и одариваю своих близких хорошими плюшками.»

Он потянулся, разминая затёкшие мышцы. Осознание того, что он уже почти неделю на Нове, но до сих пор толком не понимает, как устроена эта планета, слегка раздражало. «Ладно, хватит быть тёмной лошадкой даже для самого себя. Можешь обрисовать в общих чертах, что тут к чему?»

Ответ пришёл мгновенно — не в виде слов, а в виде вспышки образов. В сознании Краса развернулся калейдоскоп спутниковых снимков, трёхмерных карт и видео в сверхвысоком разрешении. Планета предстала перед ним во всей своей противоречивой красе.

Формально это была всё та же привычная шароподобная структура, что и Земля, но на этом сходство заканчивалось. Вместо знакомых континентов — причудливые массивы суши, напоминающие шрамы на теле гиганта. Океаны, пронизанные сетью подводных хребтов, сверкали, как ртуть под двойным солнцем. Атмосфера переливалась незнакомыми оттенками, а в некоторых регионах виднелись странные геометрические структуры — то ли города, то ли что-то куда более загадочное.

«Ну что ж… — мысленно присвистнул Крас. — Похоже, здесь есть на что посмотреть. И, что более важно, — на что повлиять.»

Крас задумчиво обвёл взглядом голографическую проекцию планеты, медленно вращавшуюся перед ним. В отличие от родного мира героя, где океаны безжалостно разорвали сушу на отдельные материки, здесь царило удивительное единство — гигантский континент, подобный спящему дракону, раскинулся от полюса до полюса, его причудливые выступы и заливы напоминали когтистые лапы мифического существа.

«Интересно, — подумал Крас, — значит здесь тектонические плиты ведут себя как примерные школьники, а не как пьяные дебоширы на земном карнавале». Он мысленно представил, как на его родной планете континенты веками играли в жестокие «догонялки», то сталкиваясь, то расходясь, а здесь… Здесь всё оставалось на своих местах с почти скучной стабильностью.

Особенно его поразило соотношение суши и воды. Если Земля была голубой от обилия океанов, то Нова предстала перед ним в золотисто-зелёных тонах — настоящий рай для тех, кто не любил долгие морские путешествия. «Две трети суши… — усмехнулся он. — Видимо, местные боги явно благоволили сухопутным существам».

Когда же дело дошло до климата, Крас невольно завидовал аборигенам. Умеренно-тропическая идиллия почти по всей планете! Лишь на полюсах, словно в назидание, бушевали ледяные бури — как два раздражённых старика на краю всеобщего праздника жизни.

«Ну конечно, — саркастически отметил про себя герой, — даже климат здесь создан для комфортного проживания. Как в дорогом курортном отеле, только планетарного масштаба». Герой решил, что скорее всего такая аномалия из-за купола, но эта мысль оказалась ошибочной — оказывается, климат был естественный. М. У. Л. И. опровергла его догадку, сказав, что и до разделения на верхний и нижний миры, на Нове был похожий рай. Краса очень заинтриговала подобная особенность, тогда М. У. Л. И. начала объяснять, что происходит это всё из-за магнитных свойств близ лежащих планет, которые нагревают друг друга изнутри. Поэтому Нове и не нужно света или тепла от звезды.

Когда М. У. Л. И. начала объяснять про магнитные взаимодействия с соседними планетами, Крас поспешно «отключил» научную часть своего мозга. «Хватит с меня этих космических премудростей, — подумал он. — Главное, что здесь тепло, уютно, и не нужно бегать за солнцем как собака за хвостом».

В глубине души его всё же забавляло, что местные жители воспринимали эту аномалию как нечто само собой разумеющееся. «На Земле мы бы уже лет пятьсот как построили культ вокруг этого явления, — усмехнулся он, м а здесь просто пожимают плечами и продолжают жарить шашлыки под вечно тёплым небом».

Планета, безусловно, была удивительной. Но Крас уже чувствовал — самые интересные открытия ждут его не в географии, а в том, какие люди населяют этот странный, удобный мир.

А вот верхний мир, разительно отличался своими территориальными очертаниями от нижнего. Там наоборот почти всё пространство занимали океаны, с многочисленными островами и не крупными материками, по размерам не превышающими десяток областей РФ в её европейской части.

«Ну и дела… — мысленно присвистнул он. — Такой контраст, будто кто-то взял и перевернул планету с ног на голову. Внизу — сплошная суша, а здесь — одни океаны с редкими островками. Как будто два разных мира склеили в один.»

Его внимание привлёк массивный контур Острова Колизей, выделявшийся среди прочих подобно королеве на шахматной доске. «Пол-Африки… — оценил он. — Ну, хоть что-то напоминает родную Землю.» Мысль о том, что этот гигантский остров когда-то был вулканом, заставила его представить, какое чудовищное извержение должно было произойти, чтобы оставить после себя такой след. «Миллионы лет назад здесь явно было жарковато, — усмехнулся он. — Хотя, судя по всему, и сейчас не особо прохладно.»

Особенно удивительным оказалось то, что Остров Колизей находился сразу и в верхнем и нижнем мире одновременно. Все горы на Нове не превышали четырёх километров в высоту, кроме этого самого древнего вулкана. Так же его позабавило, что древние строители купола решили оставить эту гору нетронутой. «Видимо, подумали: „А чего её портить? Всё равно выдержит!“ — и оказались правы. Хотя, конечно, Тралис всё же оставил свой „автограф“, срезав вершину. Как незваный гость, который, врываясь в дом, обязательно что-нибудь сломает.» Впоследствии Сеп-Тун-Ди и выстроил свой Остров на обломках вершины некогда величественной горы под названием Лунж.