— Я раздавлю тебя, словно таракана, — и не подумав отказываться от битвы.

Девушка рядом лишь обреченно вздохнула, прекрасно понимая, что нас уже не остановить.

Глава двадцать первая. Дружба начинается с улыбки.

Воздух на остановке будто бы сгустился, наполнившись напряжением, которое было почти осязаемым. Серебристый свет от моей рапиры отбрасывал резкие тени на асфальт, и я чувствовал, как Светлый Источник внутри меня ликует в предвкушении битвы. Темный же затаился, будто бы чего-то выжидая.

— Остановитесь! Это же абсурд! — голос Сонми прозвучал резко, нарушая хрупкую тишину.

Она шагнула вперед, встав между мной и этим позером в желтом плаще, ее кулаки сжались.

— Вы не можете просто так драться на улице! — все же попыталась она нас вразумить.

Сё Ван медленно повернул к ней голову, и на его лице расплылась снисходительная улыбка. Он явно наслаждался этим спектаклем.

— Успокойся, сестричка, — его голос был нарочито мягким, словно он успокаивал ребенка. — Никто не собирается драться. Это всего лишь дружеский спарринг. Легкая разминка между коллегами. Всю ответственность я беру на себя.

У данной драки будут последствия, это я понимал более чем отчетливо, можно было бы попытаться уклониться, затаиться, побольше узнать о местных реалиях, но зачем? Свое я и так получу, а выжидать, словно вор, имеет смысл лишь тогда, когда твой противник имеет тотальное превосходство. На данный момент я все еще мог действовать с позиции силы. Корейские маги не казались мне такими опасными, куда больше мне стоило опасаться Мэри Стрэнтон.

— Твой куратор знает, что ты здесь устроил? — набычилась Сонми. — Как быстро «дружеский» спарринг может закончится чьей-либо смертью? Я не собираюсь брать такую ответственность на себя, когда вас обоих будут соскабливать с асфальта!

Парировала Сонми, но я видел, как дрогнула ее уверенность. Она украдкой взглянула на свой телефон, экран был темным. Госпожа Стрэнтон не отвечала на ее звонок. Мы были одни. Мне стало немного жаль ее. Она пыталась действовать правильно, по закону, но законы исполняют лишь те, кто не в силах сам отстоять свою честь. Соблюдать же правила, когда все их игнорируют? Пусть подобным мазохизмом занимается кто-нибудь другой.

А потому, проигнорировав слова Сонми:

— Если это дружеский поединок, то какие правила? — с преувеличенной учтивостью уточняю.

Сё Ван повернулся ко мне, его глаза блестели азартом. Он указал пальцем на себя, а затем похлопал по бензобаку своего алого мотоцикла.

— Правила просты. Мы будем играть в догонялки. Я убегаю, ты догоняешь. А, чтобы никто из простецов нам не помешал и не пострадал… — он сделал паузу для драматического эффекта, — мы сделаем это на Теневых Тропах.

В глазах Сонми мелькнул обреченный вид. Она понимала, что нас уже не остановить.

— Если ты сможешь остановить меня, либо повредить мой мотоцикл, то я проиграл, — продолжил Сё Ван. — У тебя будет ровно час, чтобы это сделать. Не успеешь… признаешь моё превосходство, — с ухмылкой закончил он,

Задумчиво кивнув, я отпустил рапиру, и она растворилась в свете от магических частиц. Похоже, местные власти решили проверить, на что я вообще способен. Этот клоун в желтом плаще был всего лишь исполнителем. Что ж, если они этого хотят, то я сделаю это, но покажу ровно столько, чтобы выиграть в этом пари, иначе меня могут счесть слишком опасным и запереть в клетку понадежнее. Но и слабаком себя ни в коем случае нельзя показать. Слабых используют сильные, не задумываясь. Таковы древние, нерушимые правила игры за власть над миром.

А потому, выдав свою самую высокомерную улыбку, я меж тем пытаюсь понять, маг какой школы передо мной. Пока волшебник или колдун не начнет колдовать довольно трудно понять не только его школу, но и даже уровень силы. Единственное, что крайне трудно скрыть, это наличие у тебя источника. Все остальное необходимо добыть шпионажем, либо в личном поединке. Именно поэтому я и не собирался избегать этой битвы. Это мое заявление, демонстрация силы.

Увидев мой согласный кивок, Сё Ван скинул с плеча тубус, откуда с ловкостью фокусника достал лист плотной бумаги, с вырезанным в нем кругом, в который был вписан идеальный треугольник. Достав баллончик с краской, он встряхнул его, и с шипящим звуком стал выводить на асфальте печать. Краски у него были явно непростые, они мерцали тусклым металлическим блеском и пахли серой. Алхимическая смесь. Таким образом, начертание руны перехода заняло у него едва ли больше минуты. Эффективно, хоть и как-то по-простецки.

Все это время Сонми продолжала яростно тыкать в экран телефона, ее палец чуть ли не дымился от отчаянных попыток дозвониться до Мэри. Я же прикидывал, какой арсенал будет уместен для такой «игры». Протянув руку к гримуару, я напитал его светом, мысленно ослабив цепи. Моя магическая книга тут же взлетела с тихим шелестом страниц, принявшись кружить вокруг меня, словно хищная птица. Она бросила на Сё Вана взгляд, полный показного презрения, а ко мне «устремила» выражение почти влюбленного обожания, которое я давно научился игнорировать.