Он первым отодвинулся, глубоко вдохнул и шумно выдохнул через рот.

— Такими темпами мы никуда не поедем, — сказал всё тем же шёпотом.

— Да… я… ага, — она и двух слов связать не могла. По цвету лицо напоминало панцирь вареного рака. Отступила на шаг. Сняла с запястья резинку для волос и быстро убрала локоны в небрежный пучок. — Готово.

— Тогда поехали, пока я ещё в состоянии быть джентльменом, — Семён протянул руку, и вместе они спустились вниз, где их уже дожидался стальной приятель доктора — кастомный «Урал» с огненными всполохами на бензобаке.

— Каталась когда-нибудь на таком? — с бахвальством уточнил Самсонов и достал из-под сиденья второй шлем.

— Нет, но всегда мечтала, — Геля с готовностью водрузила на голову чёрную каску и бестолково попыталась застегнуть ремешки под подбородком.

Семён помог, затем показал, как залазить на мотоцикл, сам оседлал его и никак не прокомментировал её неуклюжие старания занять место позади.

— Обещаю сильно не гнать, — уверил он, когда Геля излишне агрессивно стиснула его бока и сцепила руки в замок у него на животе.

— Ага, — прокричала она и всем телом прижалась к мужской спине. — Только не урони меня!

Семён достал из кармана ключ и едва коснулся замка, как мотоцикл отозвался тихим, утробным звуком, похожим на довольное урчание кота. Приборная панель ожила, приветственно подмигивая разноцветными огоньками.

Мотоцикл под ним напрягся, как скакун перед стартом, готовый рвануть вперёд по первому же знаку. Геля тоже сжалась в пружину.

Впереди ждала дорога, а, как известно, именно с неё начинаются самые большие приключения в нашей жизни.

Семён уверенно вёл мотоцикл по ночным улицам. Геля сидела позади, крепко обхватив его за талию, и не рисковала открыть глаза. Инстинкт самосохранения бился в истерическом припадке, даже когда ехали по прямой, а уж если мотоцикл закладывал вираж… Она не визжала лишь потому, что голос пропал, как случается в самых жутких кошмарах. Ветер развевал её одежду, а скорость казалась немыслимой, заставляя забыть обо всех тревогах, кроме одной единственной — её жизнь висит на волоске и всецело принадлежит Семёну.

Наконец сумасшествие немного улеглось. Геля с опаской открыла один глаз, увидела медленно затухающий городской ландшафт. Широкополосная дорога сменилась уютным просёлком, «Урал» сбавил ход и с утробным ворчанием помчался по укатанной гравийке, а потом и вовсе замер у сплошной стены из бетонных плит советской эпохи.

Тьма лениво окутывала заброшенный стекольный завод на окраине Иркутска. Его мрачные стены, исполосованные временем и непогодой, хранили отголоски былого величия, а разбитые окна зияли чёрными провалами, впускающими внутрь холодный ветер. Время оставило на фасаде неизгладимый след: обрушившаяся кладка, почерневшие карнизы и осыпавшаяся штукатурка создавали причудливый готический узор.

Семён подал руку, чтобы помочь Ангелине спешиться, затем выставил подножку и слез сам.

— Готова к небольшому проникновению без взлома? — спросил он.

Она нервно сглотнула, глядя на высокий забор.

— Э-эм, ты предлагаешь забраться на территорию заброшенного завода? — на всякий случай уточнила она.

— Именно! — он с энтузиазмом потёр ладони, потом вынул из-под сиденья небольшой рюкзак, закинул на плечо и поторопил. — Пошли, а то до рассвета копаться будем.

И уверенно двинулся к забору. Геля так и застыла истуканом.

— Предлагаешь лезть через него? — она указала взглядом на неприступную стену из одинаковых бетонных блоков.

— Можно было бы вырыть подкоп, но это затянется на всю ночь. Ну же, Ангела, неужто струсила?

— Я не уверена… — она вздёрнула вверх аккуратные бровки и отступила на шаг. — Что, если не получится? А если я упаду?

Семён улыбнулся.

— Я подстрахую тебя. Сложностей не будет, вот, смотри.

Он взбежал вверх по небольшой насыпи, ловко вскарабкался на выступ между двумя плитами, уцепился за край забора, подтянулся и лихо перекинул ногу через преграду.

— Плёвое дело, как видишь, — прокомментировал он с высоты ограждения, а потом совершенно по-паучьи спустился вниз, ловко орудуя руками и ногами.

Геля колебалась, но разыгрывать фатальную карту самоубийцы явно не входило в её планы.

— Плёвое для тебя, — спустила она мечтателя с небес на землю. — Я, знаешь ли, считаюсь не слишком спортивной, вернее сказать…

Семён быстро подошёл, обхватил за щёки и заставил смотреть на себя.

— Просто доверься мне, ага, — попросил, заглядывая в глаза. — Ты никак не пострадаешь и со всем справишься.