— Уайт права, ты действительно одна из тех.

— Одна из тех?

— Одна из тех, да, и добавь к этому тот факт, что ты серийный любитель оттягивать. Когда перестаёшь их ненавидеть, ты откладываешь их в сторону и в итоге перестаёшь их любить. Вспомни, как было с Сэмом. Он всегда был навязчивым, согласись — характеристика неприятная, но когда он перестал тебе докучать, ты переключилась на безразличие и бросила его от усталости. Потому что ты одна из тех.

— Перестань говорить «одна из тех», мне не нравится! — Я выпила последний глоток дайкири и встала. — Я иду домой, хочу немного поработать над своей коллекцией. Ещё нужно сделать, по крайней мере, три стирки, и я в депрессии.

— Ты одна из тех, кто любит страдать, у тебя нет депрессии.

Я снова показала Пёрпл средний палец, вышла из паба и направилась в сторону Tower. Было холодно, очень холодно, поэтому я плотнее закуталась в куртку, защищаясь от ветра, пахнущего снегом. Скоро Балтимор проснётся весь в белом, я в этом уверена.

Добравшись до здания, я увидела Энни у стойки консьержа и попыталась улизнуть, пока она меня не заметила.

— Пенни, подожди, давай вместе поднимемся на лифте.

Я закатила глаза и задержалась, ожидая её, потом мы вошли в кабину.

— Холодно, не правда ли? Я не привыкла к такому морозу.

Я ничего не ответила, просто хотела приступить к выполнению своего плана и продолжила игнорировать её.

— Значит, вы с Бо давно дружите. Все меня о нём предупреждали, но на самом деле он такой сочувствующий и милый парень, — пискнула она.

— Он не сочувствующий и не милый.

— Не задерживайся на видимости.

— Знаешь, в отличие от тебя, я не общаюсь с ним так близко.

— Мы не общаемся близко, — смущённо ответила она.

— Мне всё равно, что и как ты делаешь. Это не моё дело.

Лифт остановился на моём этаже, и я сбежала, попрощавшись на лету.

Как же мне хотелось ничего не делать! Но чистой одежды не осталось, поэтому я собрала грязные вещи для стирки и побежала в общую прачечную. Я заметила единственную свободную машинку, куда и загрузила всё бельё. Жаль, но когда пришло время её запустить, ничего не произошло.

Я начала нажимать на разные кнопки, но в ответ раздавались лишь тревожные сигналы.

— Твою мать, не хватало только неисправной стиральной машины!

— Стиральная машина работает нормально, если закрыть дверцу, Пенелопа, — услышала позади себя.

Дверца и правда была закрыта плохо, поэтому я сделала так, как посоветовал мистер Конгениальность. Стиральная машина запустилась.

Я обернулась. Бо сидел на столе за моей спиной и смотрел на меня. Как долго он там?

— Если бы они установили специальную сигнальную лампочку, я бы заметила это раньше.

— Специальная лампочка для предупреждения, что стиральная машина не запустится при открытой дверце?

— Она не была открыта, её просто неправильно закрыли.

— Тогда отправь свой запрос в Whirpool.

— Хватит относиться ко мне с пренебрежением!

— Я не отношусь к тебе с пренебрежением.

— Да, нет, ты поступаешь именно так, — захлопнул дверь у меня перед носом.

— Много лет назад Келли сказала мне, что ты будешь стоять за моей дверью и ждать меня, и мне захотелось хотя бы раз доказать её правоту.

— А если бы Келли сказала тебе несколько лет назад, что ты меня убьёшь, ты бы сделал это, чтобы доказать её правоту?

— Келли никогда не бывает такой радикальной, к тому же ты ей очень нравишься.

— Значит, писклявая Энни права, ты действительно сочувствующий и милый, — поддразнила я.

— Я правда такой.

— Пошёл ты, Бакер! Если ты сочувствующий и милый, то я мисс Америка, а та просто богатая, избалованная французская сучка.

В этот момент Милашка Би почти рассмеялся. Настоящий смех, не злобный, а весёлый.

— Ты ревнуешь к Энни?

— Ты можешь так думать только потому, что не знаешь меня.

— Знаешь, Пенелопа, ты тоже меня не знаешь и никогда ничего во мне не понимала.

— Тогда объяснись.

— Мне не нужно ничего объяснять, — ответил он, спрыгивая со стола и приближаясь ко мне. — Может, сходим куда-нибудь вместе в четверг?

— У меня запланировано дело.

— Отложи.

— Я правда не могу.

— Конечно, можешь, потому что это будет единственный и последний раз, когда я тебя спрашиваю.

— А после этого ты взорвёшься, как мина?

— После этого я навсегда вычеркну тебя из своих мыслей.