– Муж моей двоюродной сестры. Ершов. Он ещё, вроде, у вас в автосервисе работает.

Девушка недоверчиво выгнула брови и даже позволила себе ухмыльнуться:

– Серьёзно? И ты веришь этому придурку? Да он спьяну всё, что угодно может наболтать.

– Он был трезвый. И тётя с дядей подтвердили, что действительно люди болтали об этом.

Котова только крепче вцепилась ногтями в свои предплечья, чтобы не сорваться и дослушать эту бессмыслицу до конца.

– Правда, дядя и тётя не верят, что это был твой отец. Они считают все эти слухи ерундой, - продолжал Егор, - но шум тогда в посёлке стоял знатный, ведь несколько человек видели, как он вёз её на своём мотоцикле в изорванной одежде и избитую.

– Он нашёл твою сестру возле старой фермы и отвёз её домой, - словно издалека услышала Аня свой голос, - или, по-твоему, он мог бросить в беде девочку, которую знал с самого детства? Ты бы так и поступил, чтобы не дай Бог на тебя не пали какие-то подозрения?

– Не передёргивай, - поморщился Романчук, - я рассказываю тебе то, что услышал от родственников. И так, как ни о ком другом, как о насильнике моей сестры не говорили, я решил проверить.

– Как? Посмотреть отцовские письма? Думаешь, в них он признавался моей матери, что на досуге насиловал молоденьких девочек? Ты совсем больной?!

– Не совсем, - устало откликнулся Егор, на миг прикрывая глаза, - помнишь, я рассказывал тебе о коробке с вещами сестры? Среди тетрадей я нашёл записку, которую ей кто-то написал в день, когда всё случилось. И там была подпись «М».

– А у нас же в посёлке мало мужчин с именем на букву М, - поджала губы Аня, по-прежнему, не веря словам Егора, - это даже не обязательно первая буква имени. Это могла иметься в виду фамилия или кличка.

– Я сначала вообще не ассоциировал эту подпись с твоим отцом. Только после того, как позавчера Славик рассказал мне о тех слухах, я решил проверить и сравнить почерк.

– Теперь понимаю, к чему ты вчера выспрашивал про вещи, что остались от отца, - горько усмехнулась Аня, расцепив уже порядком затёкшие руки.

– Я должен был проверить, - упрямо заявил Егор.

Котова откинулась на спинку дивана и нервным движением поправила, упавшие на лицо волосы. Пальцы подрагивали, как и каждый нерв во всём теле.

– Переспать со мной, тоже входило в часть твоего плана? – спросила девушка, чувствуя, как ледяные болючие мурашки прокатились по спине.

Егор отсутствующим взглядом скользил по стене, выше Аниной головы, и молчал. Только его ответа и не требовалась. Аня всё поняла ещё в тот момент, когда зашла в эту комнату и посмотрела в его ледяные голубые глаза.

В носу защипала от злости, обиды и бессилия. Егор сейчас не только растоптал её чувства, но и позарился на самое святое – на память о её отце.

– Забирай внизу свои вещи и уходи, - выдавила она, отворачиваясь от Егора.

Боковым зрением девушка увидела, как он руками взъерошил волосы, а потом, по-прежнему не взглянув на неё, направился к выходу из комнаты.

– Ты скоро совсем свихнёшься со своей местью, - едва слышно прошептала Аня, не надеясь, что её слова будут услышаны.

Только Егор всё услышал и остановился на пороге.

– Я бы посмотрел, на что бы пошла ты, если бы представилась возможность узнать, что на самом деле случилось с твоим отцом, - сказал он и, не оборачиваясь, вышел из комнаты.

****

Егор выскочил в прохладную туманную ночь, на ходу натягивая на себя худи, и поспешил покинуть соседский двор.

Это же надо было так облажаться. Мало того, что не узнал то, что хотел, но ещё и спалился перед соседкой, навсегда лишаясь шанса добраться до этих злополучных писем. Форменный дебил. Надо было ещё подождать, прежде чем идти на поиски. Видимо, она не так крепко уснула, как он думал.

Он уже практически взбежал на крыльцо, когда нижняя ступенька провалилась под его весом.

– Сука, - выругался он, пытаясь достать ногу из-под старых досок.

Нет, ну этот дом, когда-нибудь точно его убьёт. Нужно на пару дней взять перерыв в своих стремлениях докопаться до правды и починить всё самое аварийное. А то его отпуск резко перейдёт в больничный с какой-нибудь бытовой травмой.

На треск выбежал Широ и с разбега от радости кинулся прямо на Егора, едва не свалив его с ног.

– Широ, тише, - выдохнул он, отодвигая пса и, наконец, освобождая ногу.

Егор зашёл на кухню и, покопавшись в холодильнике, извлёк оттуда начатую бутылку виски, которую они с Аней не допили несколько дней назад. Плеснув себе немного в чашку, он сделал один большой глоток и едва не закашлялся, прижимая кулак к губам.

Да, всё складывалось, как нельзя, хреново. И выхода из этой задницы он пока не видел.

Широ, покрутившись у ног хозяина и не добившись никакой реакции, унёсся в комнату.