Никита нахмурился, его мысли метались от одного предположения к другому. Всё это казалось невероятным. Он пытался понять, почему Рысь поступил так странно, но всё, что у него было, — это догадки.

— Тогда я не понимаю… — Никита откинулся на стул, чувствуя, как неразрешимые вопросы давят на него. — Что могло заставить его сделать это? Он ведь никогда не сдавался в боях, тем более таким образом.

Алиса молчала, наблюдая за тем, как Никита терзается сомнениями. Ей было тяжело видеть его таким. Она хотела бы помочь ему разобраться в происходящем, но сама была в растерянности.

— Возможно, он сделал это по каким-то своим причинам, которые нам пока не известны, — тихо предположила она, пытаясь хоть как-то успокоить Никиту. — Иногда люди совершают поступки, которые на первый взгляд кажутся нелогичными, но у них всегда есть мотивы.

Никита кивнул, хотя его не покидало странное ощущение, что в этой истории есть нечто большее, чем они могли понять. Но сейчас, глядя на Алису, он понимал, что его первоочередная задача — поддерживать её.

— Я разберусь с этим, — сказал он, поднимаясь со стула и нежно касаясь её щеки. — Но главное, чтобы ты сейчас восстанавливалась. Мы пройдём через это вместе, и я не позволю, чтобы что-то или кто-то нарушил твоё спокойствие.

Алиса благодарно улыбнулась, чувствуя его заботу и решительность. Она знала, что с Никитой рядом ей будет легче справиться с любыми трудностями, и эта уверенность придавала ей сил, которых ей сейчас так не хватало.

В полумраке просторного кабинета, где массивный дубовый стол, украшенный резьбой, занимал центральное место, Пашков сидел, облокотившись на спинку кресла. В воздухе витал аромат дорогого табака и древесных нот. За окнами темнел уральский город, который он давно считал своим, а каждая стройка, каждая улица — частью его империи. Телефон на столе молчал, хотя Пашков знал, что вскоре он зазвонит. Его люди не могли подвести.

Пашков — влиятельный человек на Урале, владелец одной из крупнейших строительных фирм в регионе. Его бизнес-империя охватывает не только строительство, но и множество других отраслей, включая логистику и недвижимость. За внешностью успешного предпринимателя скрывается криминальный авторитет, чьи дела связаны с теневой экономикой и неформальными отношениями.

На вид Пашков — мужчина лет сорока, с крепким телосложением и чуть седыми волосами, которые он коротко стрижёт. Его лицо суровое, с острыми чертами, выдающими силу воли и проницательность. Густые брови и холодный взгляд серых глаз делают его внешность внушительной и неприветливой. Несмотря на возраст, он сохраняет отличную физическую форму, что только усиливает его авторитет среди тех, кто с ним работает или сталкивается по делам. В его облике чувствуется железная хватка, которой он добился своих позиций в бизнесе и в криминальном мире.

И вот, в тишине кабинета, раздался короткий вибрирующий звонок. Пашков медленно поднял трубку, не произнося ни слова.

— Всё прошло, как вы и планировали, — раздался уверенный голос на другом конце. — Никита одержал победу. Рысь… сдался.

Уголки губ Пашкова дрогнули в едва заметной улыбке.

— Отлично, — сухо проговорил он, не выказывая ни радости, ни удивления. — Соедините нас по видео.

Он положил трубку и внимательно посмотрел на дверь, за которой уже стоял человек, которого он вызвал. Несколько мгновений спустя, та плавно открылась, и в кабинет вошёл человек с планшетом. Он отдал планшет в руки Пашкову, на экране уже было видно Дмитрия Орлова, которого все называли Рысь. Он был ещё в спортивной куртке, но его лицо было спокойно, как будто он только что вернулся с обычной тренировки, а не с боя, от которого зависела его репутация.

— Садись, — коротко приказал Пашков.

Рысь кивнул и уселся, его взгляд был направлен прямо на Пашкова, но глаза оставались холодными и спокойными, словно он знал, что ему предстоит услышать.

— Ты знаешь, почему я с тобой связался? — спросил Пашков, скрестив руки на груди и слегка подаваясь вперёд.

— Думаю, догадываюсь, — Рысь сохранил нейтральное выражение лица. — Ты хочешь обсудить бой.

— Именно так, — Пашков удовлетворённо кивнул. — Ты сдался, когда мог выиграть. Почему?

Рысь не спешил с ответом, понимая, что за каждым его словом последуют выводы. Наконец, он спокойно произнёс:

— В этот раз я проиграл по собственной воле. Было нужно проиграть, чтобы выиграть в будущем. Возможно, не мне, но…

Пашков прищурил глаза, изучая собеседника. Ему нравилась хитрость Рыси, его способность видеть дальше сегодняшнего дня. Но всё же этого было мало, чтобы доверять ему полностью.

— Не мне нужны твои философские рассуждения, — Пашков говорил мягко, но в его тоне сквозила скрытая угроза. — Я хочу знать, что тебя заставило сделать этот шаг. Никита? Алиса? Или что-то ещё?

Рысь чуть прищурился, его лицо оставалось непроницаемым. Он не понимал, насколько много знает уральский авторитет, и не хотел играть по его правилам.

— Пусть это останется моим делом. Важно только то, что это был мой выбор.

Пашков некоторое время молчал, рассматривая собеседника, будто пытался прочитать его мысли. Затем он медленно кивнул, словно принял решение.

— Ладно, — сказал он, немного расслабляясь в кресле. — Никита талантлив, и его победа может сыграть на руку не только ему, но и нам. Я вижу в этом определённые перспективы. И если он действительно окажется тем, кого стоит поддержать… возможно, ему повезёт.