Виктор, стоявший у двери, смотрел на Никиту, его лицо было каменным, но глаза говорили о многом. Он подошёл ближе, остановился на расстоянии пары шагов.

— Ты справился, — произнёс Виктор тихо, но его голос был наполнен холодной уверенностью и недовольством. — Но запомни, Никита, это лишь начало. На боях не бывает победителей в полном смысле. Деньги здесь большие, да. Но ты знаешь цену, которую мы платим.

Никита не ответил, просто кивнул, чувствуя, как усталость давит на него с новой силой. Виктор наблюдал за ним ещё несколько секунд, затем коротко кивнул и, не сказав больше ни слова, вышел из раздевалки. В его сдержанной похвале не было утешения, но Никита и не ожидал другого.

После ухода Виктора в раздевалку зашли друзья Никиты — Игорь, Максим и Александр. Они сразу заметили состояние товарища, и в их глазах мелькнула тревога.

— Ну ты и зверь, Никит! — Максим, как всегда, пытался поднять настроение, его голос звучал бодро, но в нём сквозила забота. — Слушай, я знал, что ты крепкий орешек, но это было что-то! Надо это дело отметить, как думаешь?

Никита покачал головой, не готовый сейчас ни к каким празднованиям.

— Я не знаю, Макс, — сказал он, его голос был хриплым и слабым. — Не уверен, что стоит это отмечать.

— Ты победил, Никит, — поддержал его Игорь, присаживаясь рядом. Он положил руку на плечо друга, стараясь передать ему часть своей уверенности. — Знаю, сейчас тебе кажется, что силы на исходе, но ты должен понимать — ты сделал то, что было нужно. И ты справился.

— Но ты знаешь, что не всё прошло гладко, — добавил Александр, прислоняясь к стене и скрестив руки на груди. Его взгляд был серьёзным, но без укоров. — Техника, Никита. Некоторые моменты требуют доработки. Ты был на грани, и это должно тебя насторожить.

Никита слушал их, но мысли его были далеко. Он знал, что они правы, и понимал, что не может позволить себе расслабиться. Каждая победа здесь — это всего лишь очередной шаг к следующему бою, который может стать последним.

— Спасибо, ребята, — наконец, произнёс он, поднимая взгляд на друзей. — Вы всегда поддерживаете меня, и я это ценю. Но мне нужно время, чтобы всё обдумать.

Максим хотел было что-то возразить, но Игорь жестом остановил его.

— Мы с тобой, Никит, — сказал он. — Ты знаешь, где нас найти, если что.

Никита кивнул. Ребята уже начали выходить из раздевалки, но Саша вернулся с серьёзным выражением на лице.

— Никита, мне нужно сказать кое-что ещё, — негромко произнёс Шторм, подходя ближе.

Никита приподнял голову, заметив необычное напряжение в голосе друга. Обычно спокойный и уверенный, сейчас Шторм выглядел встревоженным. Никита насторожился.

— Что ещё случилось? — хрипло спросил он, почувствовав, как в груди нарастает беспокойство.

— Я только что узнал… — Александр замялся, пытаясь подобрать слова, но потом резко выдохнул и продолжил: — Алиса упала во время выступления.

Эти слова прозвучали, как удар по сердцу. Никита резко выпрямился, его взгляд мгновенно потемнел.

— Как это случилось? — спросил он, хотя ответ на этот вопрос уже не имел значения. В его голове одна за другой вспыхивали картины: Алиса, танцующая с грацией и лёгкостью, словно паря над сценой, и вдруг… падение.

— Никто не ожидал, — продолжил Шторм, нервно сжимая кулаки. — Во время сложного движения она внезапно потеряла равновесие и упала. Похоже, это случилось из-за ахиллова сухожилия. Врачи сказали, что у неё разрыв.

Слова Александра словно холодной волной окатили Никиту. Всё, о чём так сильно боялась Алиса, случилось. То, что она всегда держала в себе, как самый страшный кошмар, теперь стало реальностью.

— Где она сейчас? — едва сдерживая дрожь в голосе, спросил Никита.

— В больнице. Её сразу отвезли туда после выступления. Она в сознании, но… — Шторм на секунду замолчал, глядя в глаза Никиты, в которых смешались боль и отчаяние. — Она разбита, Никита. Не физически, а морально. Она говорила о том, что это может быть концом её карьеры.

В голове у Никиты хаотично мелькали мысли. Ему нужно было срочно к ней, быть рядом, поддержать, сказать, что всё будет хорошо, даже если сам он в это не верил. Он встал, сжав кулаки, полные решимости.

— Я должен её увидеть.

— Никита, она тебя сейчас очень ждёт, — тихо сказал Шторм. — Но тебе нужно привести себя в порядок. Нельзя допустить, чтобы она волновалась за тебя. Прими душ, залатай раны, успокойся.

— Ты прав, Саша, — на выдохе ответил Никита.

Саша не стал отвечать, решив просто оставить его одного. Понимая, что сейчас Никите нужно побыть наедине с собой. Он остался в раздевалке, ощущая, как усталость постепенно сменяется внутренним опустошением. Это было ощущение, которое он испытывал после каждого боя — смесь облегчения и тяжести, которая не отпускала, несмотря на победу. Но сейчас он хотел одного. Увидеть Алису.