Гурифф подошел к коленопреклоненному священнику и бесцеремонно вернул его к действительности.

– Сначала работа, потом молитва. У вас будет много времени для общения с этой пустыней после того, как мы разобьем лагерь.

Подгоняемые нехваткой времени, участники экспедиции торопливо принялись за работу. Гурифф выкрикивал команды, а его подчиненные выгружали вездеходы и орнитоптеры, тащили на места детали сборных домов, ящики с продовольствием и катили бочки с водой. Для защиты вездеходов и орнитоптеров были воздвигнуты ангары.

Убежищем Локара стала простая пустынная палатка. Для того чтобы по-настоящему понять планету, прикоснуться к биению ее жизни, учили священные книги Разделенного Бога, надо жить на ее поверхности среди природных гор, смотреть в лицо зною, песчаным бурям и чудовищным червям. Но теперь это был уже не старый Ракис, не было здесь и взметаемого бурями песка. Песок по большей части превратился в стекло, а гигантские черви наверняка погибли все до единого в смертоносном огненном вихре. Искатели взволнованно рассказывали о великих сокровищах Бога-Императора, которые, как говорили, спрятаны где-то на Ракисе. Хотя никому за тысячи лет не удавалось их найти в первобытных условиях Ракиса, участники экспедиции надеялись, что само опустошение планеты облегчит поиск сокровищ.

Меньше чем за три стандартных часа люди разгрузили оборудование и припасы. Все это время представительница КАНИКТ стояла, бесцельно уставившись в пространство, и время от времени бросала взгляд на наручный хронометр. Она вернулась в капсулу точно в нужный момент, когда истекли положенные три часа.

– Корабль вернется, чтобы забрать то, что вы здесь найдете, через тридцать стандартных суток. Постарайтесь к этому времени завершить осмотр планеты и определить, какую ценность она может представлять. – В голосе ее зазвучали металлические нотки. – Постарайтесь также не разочаровать нас.

Зарокотав двигателями, большая посадочная капсула с оглушительным ревом поднялась в атмосферу и стремительно понеслась ввысь, оставив Локара с командой Гуриффа одних на всей планете.

Подобно растревоженным рабочим пчелам, охотники за сокровищами установили оборудование и выкатили на стартовые площадки вездеходы и орнитоптеры, готовые приступить к работе. Гурифф и его люди развернули ручные портативные зонды и с помощью иксианских глубинных сканеров безуспешно старались понять, что находится под поверхностью спекшегося песка. Локар смотрел на них с терпеливым и снисходительным скептицизмом. Разделенный Бог не допустит, чтобы их работа оказалась настолько простой и легкой. Им придется изрядно попотеть и пострадать, чтобы чего-то достичь.

Но эти люди скоро сами все поймут, уверенно подумал Локар.

Близился вечер, солнце клонилось к закату в неспокойной атмосфере планеты, но людям не терпелось вгрызться в землю – они и так были измучены долгим ожиданием этого часа. Искатели шумели, чего никто не мог себе позволить в былые дни, когда любой шум мог спровоцировать появление чудовищного червя. Но теперь этого не будет никогда. Локар ощутил саднящую печаль.

Предоставленный самому себе, он побрел к маленькой низинке с остекленевшим дном. Локар подумал, что это может быть место, где до катастрофы находился погибший в ней город. Он соотнес свое положение с низким каменным ограждением, которое отделяло это место от остального тусклого окружения. Кажется, чувство не подвело его: похоже, вся его жизнь, весь его опыт – большой и малый – вели его именно сюда.

Жрецы Разделенного Бога разместили множество сокровищ Бога-Императора в потайных хранилищах храма города Кина. Локар, несмотря на то что был жрецом среднего ранга, однажды видел одно из таких хранилищ с мощными подземными сводами. Возможно, эти хранилища располагались достаточно глубоко, чтобы уцелеть после бомбардировки.

Воздух, хотя и был сухим и разреженным, был подозрительно прохладным – словно на планете выключилась система отопления. Однако Локар не мог избавиться от ощущения, что его Разделенный Бог до сих пор жив и находится где-то здесь. Локар напряг зрение и принялся всматриваться в колеблющиеся силуэты камней; изображение начало таять и преображаться, и в какой-то момент он стал воспринимать его каким-то шестым чувством, а не просто зрением.

Он обошел сожженный город, пользуясь своей сверхъестественной чувствительностью. Делая каждый следующий шаг, он отчетливо знал, где именно он находится. Он прикрыл глаза, и вокруг него стали появляться, словно миражи, силуэты древних строений; эти образы плясали, принимая разную окраску, как будто у сознания Локара появился свой необычный сканер.

Не схожу ли я с ума? Или меня ведет сам Бог?

В нескольких сотнях метров от него остальные участники экспедиции столпились вокруг начальника, гневно потрясая над головами новейшим оборудованием. Они швыряли приборы на землю и громко их проклинали. Пелленквин кричал:

– Мне так и говорили! Эти проклятые сканеры здесь не работают!

Несмотря на то что у Гуриффа была прочная, хотя и тонкая старинная карта, напечатанная на меланжевой бумаге, ни он, ни его спутники ничего не могли понять. В раздражении Гурифф скомкал карту и засунул ее в карман.

– Может быть, наш поп получил откровение свыше, – с преувеличенным оптимизмом предположил Ивекс.

Гурифф повел всех к Локару.

– Жрец, тебе следовало бы более прилежно зарабатывать свой хлеб.