Антенны мотылька развевались, как перья султана, и каждая антенна в ширину достигала размера ладони Пола. Крылья с силой бились о защитное поле; гигантское насекомое пыталось сориентироваться и повторить нападение, но Дункан метким ударом распорол ему брюхо. Из раны вывалились желтоватые внутренности.

Умирающий мотылек отлетел в сторону, но затем вернулся, и Пол сумел кинжалом срезать ему антенны. Существо, словно опьяненное, виляя из стороны в сторону, полетело прочь, запутавшись одним крылом в ткани кокона. Затрепыхавшись в ней, как муха в паутине, мотылек рухнул на землю, в груду мертвых гусениц.

– Ого, это неплохой трофей для Дункана Айдахо и его юного товарища! – громко закричал Динари. – Даже мне ни разу не удалось убить мотылька-сокола на лету.

– Какое грязное дело! – Бладд с отвращением сплюнул.

Переводя дыхание, мастера фехтования прошлись по поляне, словно чистильщики по полю битвы, попутно заколов несколько уцелевших гусениц, а затем стерев слизь с клинков.

– Ты молодец, Пол, – сказал Дункан, стирая грязь и слизь с лица.

– Да, ты запомнишь эту битву, – добавил Динари.

Бладд заговорил нараспев, как эпический сказитель:

– Юный Пол Атрейдес, победитель гусениц и истребитель насекомых! Ты заслужил этот шелк в качестве дара невесте твоего отца.

Мальчик подошел к извивавшемуся в агонии огромному мотыльку-соколу и с грустью посмотрел на него.

– Он всего лишь пытался защитить свое гнездо. Да и не очень нужен мне этот шелк.

Его охватило тяжелое, темное и мрачное чувство. Сокол и ястреб… велика ли разница между ними? Глядя на мотылька, совершившего свой подвиг, он внутреннее содрогнулся от внезапного озарения: герцог Лето пытается сделать то же самое, ибо готов рискнуть своей жизнью, если это поможет спасти семью.

Его семья – Джессика и Пол… а теперь и Илеза Икац. И дети, которые, возможно, у них будут. Кто еще?

– Хорошо хотя бы то, что теперь нам уже не надо соблюдать осторожность, – преувеличенно бодрым тоном сказал Бладд. – Теперь мы можем забрать весь шелк. Никогда не было у меня таких богатых трофеев.

– У герцога Лето будет очень пышная свадьба, – улыбнувшись, сказал Дункан Полу, уверенный, что его юный подопечный испытывает сильное волнение в связи с грядущим торжеством.

Но Пол видел только нити шелка, скомканную паутину и мертвого мотылька, лежавшего среди своего мертвого потомства.

Чтобы описать вселенную Дюны, нам пришлось перенести на бумагу полтора миллиона слов, написать четырнадцать книг – плюс еще и эту, – но предлагаемый рассказ никак не связан с основными сюжетными линиями. «Шепот каладанских морей» – это на самом деле побочная история внутри романа «Дюна», разворачивающаяся одновременно с нападением Харконненов на крепость Атрейдесов в Арракине.

Арракис в году 10191-м по имперскому летосчислению.

Арракис… всегда известный под названием Дюна…

В пещере, спрятанной в глубинах массива Барьера, было темно и сухо. Вход был засыпан обвалом. В воздухе стоял запах каменистой пыли. Уцелевшие солдаты Атрейдеса сидели, сбившись в кучу, в темноте, стараясь сэкономить силы, и перезаряжали светошары.

Снаружи доносились мощные взрывы. Снаряды Харконнена продолжали бить по пещере, где они нашли убежище. Артиллерия? Как это удивительно! Зачем атаковать с помощью такого старомодного оружия… но обстрел оказался эффективным. Чертовски эффективным.

В промежутках между разрывами, в тишине, длившейся всего по несколько секунд, молодой рекрут Элто Витт лежал в темноте, с болью прислушиваясь к тяжелому дыханию раненых, охваченных страхом людей. Спертый воздух сдавливал грудь, не давал дышать, вызывая мучительное жжение в легких. Он ощутил во рту вкус крови, этой нежеланной влаги среди ужасающей, абсолютной сухости.

Его дядя, сержант Хох Витт, наверно, обманул его, не сказав о серьезности ранения, напирая больше на «юношескую сопротивляемость и выносливость» Элто. Сам Элто был почти уверен, что умирает, и эта судьба ожидала не одного его. Все эти солдаты обречены – они умрут, если не от ран, то от голода или жажды.

Жажда.

Темноту прорезал чей-то голос, это был стрелок по имени Диган:

– Интересно, герцог Лето ушел? Надеюсь, что он уцелел.

Раздался ободряющий ропот.

– Сафир Хават скорее перережет себе горло, чем позволит барону прикоснуться к нашему герцогу или юному Полу, – сказал сигнальщик Скович, возившийся со складными клетками, где сидели две пойманные летучие мыши – существа, нервная система которых способна сохранять переданные сообщения.

– Проклятые Харконнены! – Вздох Дигана перешел в короткое рыдание. – Как мне хочется вернуться на Каладан…