Доктор Джон О'Хара Смит продемонстрировал отличный талант выбирать подходящий момент, подождав достаточно долго, чтобы создать интригу, прежде чем ответить:

— Потому что Эдди знал, что наша система безопасности, призванная защищать ракетную программу, примерно так же современна, как лошадь с повозкой!

Его слова были выбраны как нельзя лучше, чтобы поразить аудиторию. Амос Буш воспринял их как личное оскорбление.

— Лошадь с повозкой! — фыркнул он. — Вам лучше объяснить это поподробнее, доктор Смит!

Ответ Смита был быстрым и точным:

— Эдди пришел к выводу, что одних человеческих методов и разума недостаточно, чтобы справляться с проблемами безопасности в области, где даже простейшие технические проблемы должны решаться сложными вычислительными устройствами…

Взгляд его совиных глаз переходил с одного человека на другого, оценивая, понимают ли они, куда он клонит.

— Видите ли, джентльмены, — продолжал он, — технологии, с которыми мы имеем дело, настолько невероятно сложны, что возможности для шпионажа умножаются бесконечно, превосходя способность человеческого интеллекта охватить и оценить их…

— Например? — потребовал ответа генерал Сандерс.

— Например, — с такой же резкостью ответил Смит, — какой толк окружать заводы по производству баллистических ракет мерами безопасности, если саму ракету можно украсть прямо из воздуха?

— Фантастика! — воскликнул генерал Сандерс.

— Чушь, — поддержал его Амос Буш.

Агент Коулз промолчал.

Джон О'Хара Смит откинулся на подушку, тяжело дыша. Его высокий лоб блестел от пота. Собравшись с силами, он снова заговорил, на этот раз обращаясь непосредственно к генералу Сандерсу:

— Генерал, вот эти ваши межконтинентальные ракеты, что запускаются с побережья Флориды в Атлантику… Вы уверены, что знаете, что стало с каждой из них?

— Думаю, да, — спокойно ответил генерал.

— А как насчет вашего собственного проекта X-15, генерал?

Вопрос прозвучал почти как насмешка.

Генерал Дэвид Уильям Сандерс высаживался со своими десантниками во Франции в одно июньское утро 1944 года. Он поднялся в звании, пройдя испытания в боях и еще более мучительные испытания в Пентагоне. Это был мужчина с каменной челюстью ростом шесть футов и весом в двести фунтов, его мало что могло шокировать и ничто не могло отпугнуть. Но он никогда не сталкивался с таким испытанием, как эти несколько секунд тишины, последовавшие за насмешливым вопросом доктора Смита.

Он не смел ничего сказать, и всё же, не говоря ни слова, он сказал всё. Агент ФБР Фрэнк Коулз посмотрел на него и тут же отвёл взгляд. Офицер службы безопасности Буш изучал свои руки так, словно видел их впервые.

Присутствующие застыли в молчании, пока не открылась дверь и врач не произнёс:

— На сегодня все, джентльмены.

Три человека молча вышли.

Доктор Джон О'Хара Смит закрыл глаза. На его бледных губах появилось подобие улыбки.

Когда они остались одни в штабной машине генерала, Амос Буш тяжело вздохнул и произнёс:

— Будь я проклят.

— Полагаю, — сухо заметил Коулз, — некая штука под названием X-15 пропала.

— Неделю назад, — вздохнул генерал Сандерс. — Где-то в пустыне Мохаве неподалеку от Ланкастера… Это был самый первый, упрощённый прототип. Настоящий X-15 будет готов ещё не скоро — года через три.

— Есть предположения, что с ним случилось?

— Он выполнял обычный испытательный полет и исчез с экранов слежения, направляясь на северо-запад… Мы не нашли ни единого обломка! Но вокруг сплошная пересеченная местность.

— Кто знает о его исчезновении?

— Только местная база и сотрудники нашего штаба. И Пентагон, конечно же.

— И доктор Смит, — неверяще добавил Амос Буш.

Служебная машина свернула с шоссе, чтобы высадить Коулза у Федерального здания.

— Что ты об этом думаешь, Фрэнк? — спросил его генерал.

— Я всего лишь собираю информацию.

— Да брось! Мы болтаем, а ты явно думаешь — о чём?

Коулз ухмыльнулся.

— Думаю о том, какое счастье, что решение насчёт Смита принимать не мне!

— И?

— И завтра мы допросим его еще раз… Пока он сам хочет говорить — пусть говорит как можно больше.

Но на следующее утро медицинский персонал снова воспользовался своим правом вето. Ночью у Джона О'Хара Смита развилась инфекция и поднялась температура. Пока что о дальнейших допросах не могло быть и речи

На второй день, когда температура спала, доктор Смит раздражённо потребовал принести ему блокнот и начал бесконечную серию набросков. Медсестре удалось стащить несколько из них, и эксперты ФБР просидели всю ночь, тщетно пытаясь понять, что они означают.