— Ежедневно в это время?

— Кроме понедельника и вторника — выходные. Хотите кого-то другого?

— Нет, нужен он. Спасибо. Похоже, у вас там жара.

— Народу не хватает, и единственный погрузчик сдох. Запчастей не дождёшься.

— Тяжело тянете, да?

— Было бы терпимо, если бы каждый делал свое дело. А то некоторые считают, что все остальные должны за них пахать.

— Безбилетники, — сочувственно сказал Гурни.

— Да не «безбилетники». Кто-то бросает свою часть — и кто-то другой тянет весь воз. То есть «бесплатно» — за чужой счёт. Дерьмо, а не справедливость. Последнее слово он растянул с презрением.

— Понимаю тебя, дружище.

— Как ты сказал, тебя зовут?

— Дейв.

— Ладно, Дейв, мне бежать.

— Прежде чем бросишь, скажи: помнишь парня, что у вас работал — Ленни Лермана?

— Про Ленни — к Казо. Мне некогда.

Связь оборвалась.

Он перешёл к Лерману слишком резко — и, вероятно, зря. Терпение — качество, которому Гурни стоило поучиться. Начнёт с того, что не поедет в «Пивной Монстр» немедленно. Скорость важна, но не всегда. Отложив Казо на сутки, он даст себе время придумать правильный заход — и дождаться, пока стихнет головная боль.

Он открыл на ноутбуке спутниковый снимок окрестностей Уолнат—Кроссинга, Блэкмор—Маунтин, Харбейна и соседнего Скарптона — съёмка прошлым июлем.

Кроме двух деревушек, всё вокруг — лес. Остальное — небольшие пастбища, многие заброшены — кустарник и поросль отвоёвывают пространство. Но больше топографии его интересовали дороги: единственный прямой путь из дома в Харбейн и Скарптон — через Блэкмор. Любая альтернатива удваивала время. Звонивший предложил выбор между Харбейном и Скарптоном, создав иллюзию контроля. Реальность: и туда, и туда — по одной и той же горной дороге. Встречи, скорее всего, не было вовсе.

Гурни увеличил масштаб — нашёл участок, где его вынудили съехать. Центрировал точку и отрегулировал охват — миля во все стороны.

Сначала видел плотный лес. Приглядевшись, заметил две поляны: одну — в четверти мили слева от дороги; другую — дальше по направлению к Харбейну, в полумиле справа.

Приблизив левую, разобрал бревенчатую хижину, сарай, поленницу под брезентом и пару приподнятых грядок. Грунтовая лесная дорожка соединяла поляну с шоссе.

Сдвинул снимок вправо — на второй прогал. Там — домик побольше и с полдюжины оборудованных палаточных мест: столы для пикника, кострища. Небольшой кемпинг. В такую погоду он пустовал, но обе точки стоило осмотреть.

—Дэвид, у амбара фургон. И кто-то с камерой.

Мадлен стояла у двери кабинета, в голосе звучал призыв к действию.

Он закрыл ноутбук, прошёл с ней на кухню к французским дверям. Она указала вниз, за низкий загон, между амбаром и прудом. Он увидел то, чего не ожидал раньше, чем дня через два: фургон со спутниковой тарелкой на крыше и логотипом RAM News по борту. Перед ним — двое в куртках с капюшонами.

Оператор поднял камеру на уровень глаз и начал медленно вести панорамой. Вторая фигура откинула капюшон — пышные светлые волосы. Оператор завершил крюк и навёлся на неё. Она широко взмахнула в сторону дома. Казалось, говорила в камеру.

Губы Мадлен сжались. —Ты скажешь им убираться с нашей земли — или мне? В её тоне слышалось желание выбрать второе.

— Не лучшая идея.

— Почему?

— Потому что им это только в радость.

— Когда их просят уйти?

— Им подавай картинку. В идеале — чтобы я отвечал на вопросы о Блэкморе. Но и перепалка насчёт «права быть здесь» и «права людей знать» — их устроит. Любая трескучая свалка — и вот уже «новости». Они не информируют — они продают конфликт. Рейтинги растут от драки. Поездка без драки — пустышка. Мы дадим им пустышку.

По телу Мадлен было видно: без драки ей не по нутру.

Гурни добавил: — Дальше они пойдут к дому — вынуждать реакцию. Я запру двери, и мы поднимемся наверх.

Он смотрел, как корреспондентка и оператор неуклюже пробираются по занесённому полю.

— И всё? — спросила Мадлен. —Позволим им бродить по двору, колотить во все двери?

Гурни тихо вздохнул. — Как ни неприятно нам — им будет ещё неприятнее. Поверь.

Мадлен подождала, пока он проверит все замки. Бросив последний взгляд на приближающихся, она пошла за ним наверх.

Скоро началась осада: стук всё громче — от боковой двери к французским, затем к задней. С каждым переходом криком корреспондентки прибавлялось нажима и агрессии.

— Мистер Гурни, мы из RAM News. Подойдите к двери.

— У нас важные вопросы. Вам же лучше ответить.

— Подойдите, это крайне важно.

— Речь о вашей роли в стрельбе на Блэкморе.

— Шанс изложить вашу версию.

— Что вы делали на той дороге?

— Как давно знали жертву?

— Вы его убили? Объяснитесь.