Баронесса честно задумалась.

— Кажется, его звали Асмирилий… Только сомневаюсь, что это его настоящее имя. У этих бардов принято брать сценические имена…

— Я тоже сомневаюсь, что родители твоего поэта настолько его не любили, что дали такое имечко, — поморщилась девочка. — Так как этого, прости господи, Асмирилия найти?

— Обычно он пел у фонтана перед центральными воротами цитадели, там площадь, где проводят все праздники в городе.

Элайна задумалась, кивнула.

— Знаю. И, кажется, знаю, как его найти. Баронесса, позвольте откланяться. В благодарность за помощь обязательно вас приглашу на репетицию, вижу, вам нравится музыка.

— Благодарю, ваша светлость, — поклонилась девушка.

Элайна еще раз покосилась на косу, вздохнула и отправилась к выходу. На этот раз она разыскала Аргота с компанией, прервала тренировку и выдала задание отыскать через своих друзей в городе барда Асмирилия.

— Кто найдет, тому приз… э-э… — Элайна вовремя вспомнила урок экономики от графа Ряжского. — Двадцать грошей.

Ребята возбудились. Для них это серьезные деньги. Но тут же возник вопрос, а кому их дадут. Искать будут городские ребята, но через них.

— Тому, кто найдёт, и тому, кто мне скажет, — расщедрилась Элайна.

В общем, бегала Элайна почти до самого вечера. Проверяла, как идёт поиск музыкантов, рассылала записки с пояснениями, это уже когда сообразила, что подобная беготня совершенно лишена смысла. Пусть бегают другие, а сама она, важно и чинно, подойдет к назначенному времени в назначенное место. Хорошо быть начальником.

Так что вечером она преувеличенно хмуро взирала на всех в комитете, давая понять, как сильно она обиделась на их беготню от неё. Никто не оценил и даже не заметил, похоже… Или сделал вид, что не заметил. Поскольку у гарлов не было ничего нового — зализывали раны и активно отправляли экспедиции, которые возвращались с телегами, груженными лесом. Вот чего Элайна даже не могла представить, так это дефицита леса в окрестностях Тарлоса. Оказалось, возможно, если безалаберно относиться к припасам.

Гарлы в первые дни, не разбирая, отправляли в костры всё, что горит, отделяя лишь нужное для строительства небольших требушетов. Ну и для частокола. И, казалось, этого им с лихвой хватит. Но несколько удачных вылазок и вдруг обнаружилось, что гарлам просто нечем восстанавливать укрепления, на замену уничтоженных требушетов тоже нет дерева. Точнее, дерева полно, в кострах есть что жечь, но вот годного для строительства, на крепкие колья для ограждений, как раз и не хватает. В результате они вынуждены были после уничтожения имеющихся небольших припасов строительного дерева отходить от стен города подальше, защищаясь от вылазок не укреплениями, а расстоянием. И обстрелы теперь хоть немного, но стали реже. Оставшиеся небольшие требушеты они ведь тоже вынуждены были отвести подальше, и теперь они достреливали до города совсем маленькими камешками, которыми пуляли скорее из желания хоть как досадить обороняющимся, чем в надежде нанести урон.

Вот по итогу собственной бесхозяйственности и непредусмотрительности они сейчас и бегают как наскипидаренные, пытаясь быстро восполнить то, что раньше можно было запасти не торопясь. И от стен отходить бы не пришлось, ибо быстро сумели бы восстановить разрушенные укрепления.

Потому-то в городе немного отступила тревога, люди снова стали появляться на улицах, а солдаты занимались только тем, что отслеживали перемещение отрядов гарлов. Совещания же сводились к тому, что все пытались за гарлов придумать план успешного штурма города и тут же искали противоядие. Если по итогу сходились, что такой план имеет право на существование, то принимались за предотвращение такой возможности. Потому театральные выступления с обидами и гневом маркизы Райгонской остались незамеченными и неоцененными. Элайна даже подумала обидеться всерьез, потом стало стыдно. Люди делом всё-таки заняты, а тут она со своими взбрыками. А поскольку во всех этих хитросплетениях тактики штурма и обороны она ничего не смыслила, то предпочитала молчать. Дайрс даже удивился. В кои-то веки маркиза не задаёт кучу вопросов и не сыплет комментариями.

— Пытаюсь за умную сойти, — буркнула Элайна, занятая обдумыванием плана организации оркестра.

— Простите? — удивился Дайрс.

— Ну говорят же, мол, молчи, за умного сойдешь. Вот я и молчу. И с каждым часом всё умнею и умнею.

Дайрс покачал головой. Когда Элайне приходила в голову какая-то мысль, то она становилась невыносимой, если её кто-то пытался отвлечь. В такие моменты маркизу лучше было не трогать. Обдумает всё и снова станет собой. Да и другим легче.

По итогу обдумывания, план к концу заседания комитета был вчерне создан. Главное было, чтобы мальчишки отыскали этого Асмирилия, но Элайна в них верила. Эти найдут.

Барда Асмирилия отыскали на следующий день ближе к обеду. Новость принёс один из приятелей Аргота, которому уже его приятель сообщил эту новость.

— Ну и где он? — поинтересовалась Элайна, устав слушать, кто там чей приятель кого отыскал.

— В милицию записался, госпожа. Служит.

— Хм… — Элайна думала недолго. — Ну-ка, за мной!

И решительно зашагала к себе в комнату. Отмахнулась от Мари, которая попыталась возмутиться тем, что в комнату девушки заходит мужчина.

— Где ты тут мужчину увидела? — с иронией поинтересовалась Элайна, демонстративно оглядев мальчишку лет десяти. Тот обиженно насупился, но возразить не посмел. Только носом шмыгнул. — Во! — ткнула в него пальцем девочка. — Настоящий мужчина, да?

Мари не нашлась что ответить. Впрочем, она и сама понимала, что спор был проигран изначально — у неё ни разу не получилось хоть в какой мелочи настоять на своём. Самое главное, Мари даже не всегда понимала, как госпожа её переубеждала. А ведь в большинстве случаев именно переубеждала, а не приказывала. А там, где леди вроде как шла навстречу, так лучше бы приказала отстать и всё. Вспомнить хотя бы тот случай с платьями, которые приходилось стирать по ночам.

Мальчишка несмело вошёл в комнату и огляделся. И не смог скрыть разочарования. Неизвестно, что он там успел нафантазировать про комнату маркизы, но явно представлял её не такой спартанской. Шкаф для одежды, кровать в углу у окна, там же рядом письменный стол и секретер. Два стула, кресло. И еще один шкаф у другой стены. И всё. Причём и мебель не вот прямо шикарная, самая простая.