В конце той же недели, словно кто-то сложил одно и другое, а может, я просто очень сильно хотела стать «феей», нашла на улице плачущую Фиалку. Нет, тогда я не знала, что она Фиалка.

Просто равнодушно пройти мимо горя не смогла. Приблизившись, к девушке, безутешно рыдающей на скамейке у старого королевского сада, протянула ей свой носовой платок, и затем спросила:

— Кто тебя обидел? Хочешь, я скажу своему хозяину, волшебнику, и он их накажет? — Ну, не настолько я близка с хозяином, чтобы просить его о таком, но она очень уж горько плакала, мне хотелось утешить и отвлечь!

— А твой хозяин возьмет меня к себе жить? — раздраженно ответила девушка, отмахиваясь от меня.

Гордая. Но я не отступила:

— А тебе что, жить негде?

Секунду подумав, глядя на меня, она медленно кивнула, распахнув свои синие заплаканные глаза.

— Ну, если к волшебнику ты не хочешь, — пошутила я, — пошли, я покажу тебе кое-что!

Девушка поднялась и нехотя побрела за мной. На улице было холодно. У нас и летом прохладно — вокруг горы, а сейчас, так и подавно. Я быстро провела ее по улице и показала свой заброшенный домик.

— Ну как? Дверь можно сделать из плотных занавесок… — затормозив у порога, я припомнила, что еще из ненужного можно взять на чердаке. — Надо спросить Марту, она не жадная, может, что даст.

Девушка, спокойно оглядела жилище, повернувшись ко мне, сказала:

— Спасибо и на этом, а то я думала, что сегодня буду ночевать под открытым небом!

— Пока так и есть. Я что-нибудь принесу из дому. Подождешь?

— А никто ничего не скажет? — напряглась девушка. Ну вот, еще и честная, нет радоваться, что что-то просто так получит, так она еще и сомневается.

Я улыбнулась.

— Нет, госпожа Марта — она добрая. Правда, остальные слуги не очень, но перечить ей не посмеют, — девушка внимательно слушала, не сводя с меня глаз.

Я прошла к углу и села на пыльные не прикрытые доски кровати.

— Повариха меня терпеть не может и, если бы не экономка, то уже бы выжила из дома, как и молодой конюх, которому везде видятся конкуренты. Но это потому, что он лентяй и бросает лошадок без воды и еды, а я такого вынести не могу… — Девушка так и стояла посредине комнаты, внимательно слушая мой рассказ.

— Больше в доме кроме хозяина, волшебника, никого нет. Он старик и живет один. Ему нас хватает. И он очень-очень хороший!

Девушка, мягко ступая по поющим половицам, прошла и села на кровать. Положив небольшой узелок между нами, добродушно сказала:

— Меня зовут Фиалка.

— А меня Олень, — как всегда представилась я, не задумываясь.

— Ты хочешь сказать «Ольюшка»? — Она прищурила свои синие глазки, не сводя их с меня.

— Э… Да. А как ты узнала? — удивленно спросила я, просчитывая, на чем прокололась.

— Где ты видела уличных мальчишек с белыми носовыми платками? — с усмешкой спросила она, болтая ногами.

— Это нечестно! Мне их каждое утро сует Марта! Я думала, ты по моему виду догадалась! — сокрушенно сказала я, опустив голову. И по-настоящему расстроилась, что так легко попала в сети Фиалки. Завтра же выкину все платки!

— Не грусти… я никому не скажу. А вид у тебя как у мальчишки, — улыбнулась девушка, с жалостью наблюдая за моим смятением. И тут к моему удивлению Фиалка спросила:

— А о чем ты мечтаешь, Ольюшка?

Я, не секунду ни задумываясь, выпалила:

— О танцах! Я хочу ходить на танцы! Я хочу танцевать! Ну, еще кое-что хочу… только сейчас рано об этом мечтать.

— А что так? Почему не ходишь на танцы? — удивилась Фи. Я понимала ее удивление, в городке было несколько школ для простых людей, но у меня не было подходящей одежды, так что я просто отмахнулась:

— Это длинная история, а мне надо идти на тренировку, волшебник настаивает… учусь стрелять.

Мы расстались почти подругами.

Мне так не хватало общества ровесниц, что на радостях, что познакомилась Фиалкой, всю тренировку я то и дело пропускала замечания Бредиса. Под конец, разозлившись, он занес руку, чтобы дать мне оплеуху. Но моего «покарябывательного» мастерства хватило, чтобы выхватить из ножен подаренный для тренировок клинок Андро и мгновенно приставить его к горлу учителя:

— Бредис, не забывай! Руки на моем затылке не оплачиваются! Прочь!

— Что-то ты сегодня нервный… На красотку какую запал? — ухмыльнулся лучник, голой рукой резко отводя острие моего клинка от своей шеи.