Хм, только сейчас обратил внимание, что он щеголяет в коротких сапожках из неплохой кожи. И когда помародерствовать успел? Впрочем, это законный трофей, никто и не подумает осуждать.

— Вам бы приодеться, господин Айлексис, — словно прочтя мои мысли, сказал Вайсак.

— Успею, — отмахнулся я, сделал шаг и поморщился, наступив на осколок. — Черт! — ругнулся, согнул ногу и вытащил острое стекло, а из ранки мгновенно показалась кровь. — Вот же гадство!

Сел на ближайший стул и осмотрелся. Вайсак вновь все правильно понял, метнулся к шкафу и распахнув дверцу присвистнул:

— А капитан-то галеры тот еще франт!

— Найди какой-нибудь платок или чистый кусок тряпки, — попросил я.

— Сорочку жалко рвать, — пробубнил парень, роясь в одежде.

Когда он ворох шмотья успел набрать? В том числе и сапоги принес! При этом не стал меня слушать и ранку мою перевязал. Кстати, сделал это споро и у меня бы лучше точно не получилось.

— Откуда такие навыки? — поинтересовался я.

— Бабка врачеванием занималась, меня помогать заставляла, твердила, что мне это пригодится. Ага, как же! Не в гарнизоне же роды принимать! — он рассмеялся.

— Ты и на это способен? — не поверил я.

— Дык в деревне жили, бабы часто рожали, только и успевай воду греть, — хмыкнул тот.

— А серьезными ранениями занимался? — продолжил я его расспрашивать.

— В основном, когда мужики друг другу морды били, да в ход ножи и вилы пускали. А вот тех, кто на охоте пострадал уже реже. Там ведь если от кабана не увернулся или медведя на рогатину не поднял, то мало кто в живых оставался, — словоохотливо поделился Вайсак.

— От меня далеко не отходи, будешь мне нужен, — сказал ему и без стеснения стал раздеваться, избавляясь от влажной одежды, которая не успела высохнуть.

Воины почему-то смутились и ретировались из каюты. Чего это они? Можно сказать получили боевое крещение, а испугались увидеть графа без одежды. Или думают, что физиологически от них чем-то отличаюсь?

— Странно, — буркнул себе под нос, внимательно рассматривая мужские панталоны.

Нет, они новые и их капитан не носил. Вопрос в том, что такое нижнее белье дико неудобно. Жаль нет ножниц, а то бы сделал что-то напоминающее семейные трусы. Кстати, их тоже не жаловал в другом мире, предпочитал боксеры или брифы, которые от первых отличаются тем, что более короткие. И все же, укоротил длину панталон с помощью ножа, после чего быстро оделся и похромал на выход. Неожиданно для себя, боль в ступне мешает нормально передвигаться. А осколочек-то был небольшой.

— Граф, дозвольте и мне одежду поискать? — обратился ко мне Вайсак.

— Иди, — кивнул ему в сторону капитанской каюты, но парень в испуге отрицательно головой замотал:

— Нет-нет, вашими трофеями воспользоваться не могу, не по чину мне, на смех поднимут, что захотел с самим графом Айлексисом, наследником герцогства, встать на одну ступень. Тут попроще есть чем поживиться.

— Как хочешь, — безразлично ответил ему, а сам направился на мостик.

Моя абордажная команда радостно по галере снует, не обращая внимания на стоны наших же раненых. Нет, им, насколько понял, оказали первую помощь, но ухаживать не собираются. Или выживут, либо умрут и всем плевать на получивших раны в бою, хотя и сражались плечом к плечу. Почему так? На этот вопрос пока нет ответа, сейчас другое важнее. Форт продолжает обстрел пирса, но намного реже, похоже, берегут снаряды. В порту суеты не заметно, горшанцы спрятались и затаились. Наверняка наблюдают за происходящим на море. На мачте галеры, которую захватили, развивается флаг герцогства. Кто и когда его с собой захватил — понятия не имею. Но решение правильное, чтобы все знали, кто тут теперь хозяин. Кстати, боевой корабль тоже поднял флаг нашей империи. Правда, там на борту пожар, но его тушат. Одно торговое судно пылает и его уже ничего не спасет. Вот и вторая галера явно никому не достанется, ее сносит к горящему кораблю и за борт прыгают остатки абордажной команды и, похоже, выжившие горшанцы. На оставшихся двух торговых кораблях идет ожесточенное сражение. Непонятно на чьей стороне перевес.

— Неужели на борту находилось больше моряков, чем рассчитывал? — задался вопросом, размышляя, как в этой ситуации поступить. — По местам! — заорал, напрягая всю мощь легких.

Абордажная команда бросилась ко мне. Ну, согласен, их роли заканчивались на том, когда галеру захватим и теперь они не понимают, что от них хочу.

— Мне надо, чтобы мы прошли рядом с транспортниками, — указал рукой на корабли. — До горшанцев надо донести, что они проиграли и если не сдадутся, то умрут. Поэтому, привести к бою стрелометы, поднять якорь и распустить парус. Ну, или если есть другие варианты, то готов их выслушать.

— Чего застыли?! — воскликнул Вайсак, как-то незаметно появившийся за моей спиной. — Мы все ходили на рыбацких шхунах, неужели с галерой не управимся?

Судя по лицам воинов, то они в этом сильно сомневаются.

— Нам течение поможет, парус ставить не будем, — продолжил парень, — за румпель сам встану, а по двое на весла, этого хватит!

Точно, парус же не поднимают. И как об этом забыл? Надеюсь, мою оплошность простят, я все же больше сухопутный человек, моряцкую терминологию плохо знаю. Но этот пробел следует восполнить. Впрочем, мой двойник теорию изучал, это у меня она из головы вылетела.

Буквально через пару минут галера начала движение. Когда до первого транспортника, на борту которого бойцов из гарнизона Пуртанска загнали на ют и вот-вот могли скинуть в реку, я проорал:

— Горшанцы! Ваш предводитель в плену, сражение проиграно, сдавайтесь! Если не бросите оружие, то отдам приказ ваше судно потопить!

Передышка, наши воины на транспортнике радостно загудели, а вот моряки-захватчики атаковать перестали. Последних человек пятнадцать против пятерых наших. Удивительно, что абордажную команду не расстреляли из арбалетов, которые наверняка на судне в большом количестве. Или опять ошибаюсь? Потом устрою разбор, сейчас не до этого.