— Граф, вы меня все больше удивляете, — задумчиво ответила молодая женщина.

— Чем же?

— Другой бы на вашем месте, если чего-то не захотел делать, то и не стал бы, даже если это пошло во вред, — ответила та.

— Иногда приходится подстраиваться под обстоятельства, чтобы в дальнейшем оказалось проще решать проблемы, — спокойно сказал ей, но потом добавил: — Это не означает, что начну действовать против своих принципов и убеждений.

— Уже давно догадалась, — улыбнулась графиня.

— Кстати, распорядитесь, чтобы моих сопровождающих покормили и не прогнали, пока сам их не заберу, — чуть кивнул в сторону Вайсака и Марики, которые все же сумели спешиться и сейчас о чем-то тихо переругиваются.

— Без проблем, — ответила Азалия и сделала жест рукой, словно кого-то к себе подзывая.

Из дверей городской управы выбежал среднего возраста мужчина и застыл перед графиней. Та отдала несколько распоряжений, но я не вслушивался, осматривался. Да, на центральной площади относительный порядок, в том числе и усиленные отряды стражей. Значит имелись опасения у тех, кто устраивал торжество, что оно может выйти из-под контроля. А вот весь город обезопасить от гуляющих горожан явно невозможно, не хватит даже гарнизона. Впрочем, у солдат, в отличии от стражи, другие обязанности. Если их заставить следить за порядком, то могут первыми в драку ввязаться. Или вновь ошибаюсь? Ну, уверен только в одном, что проконтролировать веселье такого размаха очень и очень сложно.

— Пойдемте, — кивнула мне Азалия. — О ваших людях позаботятся, если же они вам понадобятся, то попросите любого слугу их привести. Не волнуйтесь и о лошадях, их отправят в конюшню, а в мое поместье вернемся в карете. Специально ее по такому случаю велела доставить. Кстати, граф, не предложите даме руку, а то у меня подол длинный, боюсь зацеплюсь за что-нибудь и упаду. Не хочу опозориться.

— Без проблем, — буркнул я, предлагая молодой женщине взять меня под руку.

Пальчики графини легли на мой локоть, пару камешков в кольцах сверкнули в такт довольным искоркам в глазах Азалии. А еще, молодая женщина, идет ко мне чуть ближе, чем допускает этикет. Даже пару раз задела бедром, как бы случайно. Провоцирует или желает показать, что мы с ней ближе, чем кто-то мог подумать? Честно говоря, так и не понял. В большом зале городской управы много дам и господ. У меня даже в глазах зарябило от драгоценностей и слащавых улыбок. Но раз пошел на такой шаг, то остается держать лицо. Мне кого-то представляют, о чем-то спрашивают, делают прозрачные намеки и при этом не стесняются «прилипшей» графини, которую следует поблагодарить. Она большинство соперниц одним взглядом отшивает, а некоторых подвыпивших господ жестко осаживает.

— Когда закончится эта чертова торжественная часть и мы отсюда свалим? — задал вопрос своей даме, после того как нам с ней пришлось толкнуть речь.

— Думаю, сразу как бал подойдет к своей середине. Это танцев семь-восемь, — огорошила меня Азалия.

— Издеваетесь? — прошипел я, мило улыбаясь какой-то чопорной старушке, пожелавшей узнать о моем здоровье.

— Таков обычай, — хмыкнула графиня. — Вам ли об этом не знать!

Ну, согласен, практически любое событие в высшем обществе, если это не совещание какое-нибудь, заканчивается… дискотекой в моем понимании. А еще семейства пытаются пристроить своих дочерей. Вдовы же ищут себе партнера не только на танцы, но и на какое-то время. Господа тоже время не теряют и с удовольствием заводят интрижки, впрочем, это касается и дам. В таких отношениях участвуют двое и количество измен среди супругов, в среднем, одинаково. При этом в расчет не берутся ни дома удовольствий, ни молодые люди, которые специализируются на ублажении дам.

— Увы, сие мне хорошо известно, — вынуждено согласился со словами Азалии.

— А еще, Айлексис, будьте осторожны, не смотрите на внешность и молодость, тут есть такие хищницы, что не успеете оглянуться, а вас уже под венец потащат. Вашего отца тут нет, и у дам появился неплохой шанс. Догадываетесь, о чем говорю?

— А вы предлагаете мне свою защиту и покровительство, — хмыкнул я. — Позвольте узнать, а каковы в таком случае окажутся границы дозволенного? Или мне посетить заведение известной вам Шипки?

— Граф, а вы не наглеете ли случаем? — чуть кокетливо, спросила Азалия.

— Очерчиваю возможности, чтобы потом вы назад пятками не попятились.

— Айлексис, как такое возможно? Разве герою, в которого большая часть города влюблена смею отказать? — она опустила глазки к полу и похлопала ресницами.

— Азалия, побойтесь Бога! Мне такое количество влюбленных даром не надо! Это же надо учитывать старушек, детишек и, прости меня Господи, неких мужчин со странными наклонностями. Как говорится, чур меня! — со смешком сказал ей, а сам чуть не дернулся от прострелившей боли в ступне.

— Ой, что вы такое говорите и на что намекаете. Боготворят по-разному, ставят памятники, слагают сонеты, я именно это подразумевала! А вот и танцы сейчас будут, — она чуть кивнула в сторону, обращая мое внимание на появившихся людей с музыкальными инструментами. — Нам с вами предстоит бал открыть, а потом, надеюсь, вы меня еще ни раз ангажируете.

— Непременно, — чуть улыбнулся, сомневаюсь, что долго сумею отплясывать с больной-то ногой.

Перед тем как повести свою партнершу, взял у официанта с подноса фужер шампанского и несколькими глотками его выпил. Желудок, в котором давно не было еды, отреагировал урчанием. Чуть ли не мгновенно в голову ударил хмель. Нет, не сильно, но зато стало временно легче ноге. Потом-то за это придет расплата, но сейчас требуется делать вид, что я в порядке и готов править хоть этим городом, хоть герцогством. Слабых никто не любит и не уважает, это четко от отца уяснил.

— Вы неплохо танцуете, — сделала мне комплимент Азалия.

— А вы еще лучше, — хмыкнул я и предложил: — А давай сбежим, твоя же карета готова? — обратился к ней на ты, показывая, что вхожу в ее ближний круг.

— Айлексис, нам следует еще ненадолго задержаться, — чуть отрицательно качнула та головой.

В этот момент раздался шум, два господина что-то не поделили и один вызвал другого на поединок. В предвкушении такого зрелища собравшиеся заволновались и оживились. Часть высшего общества даже стала делать ставки. Пожилой же господин, как оказалось, возмутился тем, что его молоденькую супругу чуть сильнее, чем следовало, прижал к себе в танце молодой промышленник.