— Успеется! Сейчас куда важнее безопасность моей гостьи! Найла, не мешкай, езжайте скорее! Мирайя, поговоришь одновременно с Линой и ее собственностью.

Меня передернуло от этих слов. Пришлось напомнить себе, что для Эренсии это норма. Тем временем Найла зафиксировала мою шею с помощью какого-то жуткого приспособления и вскочила на ноги:

— Схожу за носилками, и сразу поедем.

— Не нужно носилок. — Спокойный мужской голос стал для меня сюрпризом. — Я отнесу госпожу на руках с ее позволения.

Алиарна склонилась ко мне:

— Лина, так действительно будет лучше. Если согласна — моргни два раза.

Это было бы смешно, если бы мне не было так больно. Я согласна была уже на все. Медитекс и поездка на руках непонятно каким способом приобретенного раба казались уже пустяками. Поэтому, не раздумывая, согласно два раза хлопнула ресницами.

Али облегченно вздохнула:

— Ну вот. Лина согласна. Отправляйтесь скорее.

В поле моего зрения немедленно появилась серебристая шевелюра склонившегося ко мне инопланетника.

Сагур, а это был именно он, склонился ко мне и очень осторожно подхватил на руки, пристраивая мою голову у себя на плече.

— Простите, госпожа, но сейчас это оптимальный вариант. Я постараюсь не потревожить вашу пострадавшую шею.

Я едва успела проглотить нервный смешок. В голосе инопланетника было все, что угодно, но только не покорность раба. Думаю, Мирайя это тоже заметила. Надеюсь, Али ей объяснит, как получилось так, что сагур вдруг оказался у меня в собственности. Потому что, если этот вопрос зададут мне, может случиться конфуз. Мы ведь даже не дошли до него в шеренге. Только поговорили в мобиле. Так что что отвечать, я не знаю.

Из-за фиксации шеи я могла смотреть только прямо перед собой. Чуть остроконечное ухо, скульптурно вылепленная скула, впалая щека с чисто выбритой кожей и упрямая линия челюсти — вот и все, что было доступно мне к осмотру. Чисто по-мужски сагур был красив. Я вполне понимала блонду, украсившую свой гарем таким экземпляром. Чего я не могла понять — так это почему сагура не выкупили сородичи. На сколько я знаю, у его расы очень сильно развито клановое родство. И своих в беде они не бросают.

Мне было любопытно. Хотелось задать сагуру пару вопросов. Но, во-первых, боль в поврежденном горле все усиливалась, несмотря на инъекции и фиксирующий воротник, а во-вторых, мы ни на секунду не оставались одни. А посвящать посторонних, пусть даже это только медики, в свои проблемы я считала нецелесообразным. Приходилось молчать и терпеть. А вскоре меня вообще засунули в медитекс и запустили программу лечебного сна. Я отключилась.

Проснулась я уже совершенно здоровой. Отъехавшая в сторону крышка медитекса открыла мне удивительную картину: хмурая Найла, скрестив на груди руки, изучала нетерпеливо переминавшихся с ноги на ногу Алиарну и Мирайю. Рядом стоял с каменным выражением лица сагур. Алиарна о чем-то спорила с медичкой:

— …это просто вопиющее происшествие, Найла! Нам всем очень крупно повезет, если эрна Энжелин…

Алиарна оборвала себя на полуслове, заметив, что программа завершена, крышка медитекса открыта, а я сижу и смотрю прямо на них.

— Лина! Как ты себя чувствуешь?

Я склонила голову набок и прислушалась к ощущениям. Шея и горло вроде бы не болели. Но говорить было откровенно страшно. Для начала я осторожно прочистила горло.

— Вроде бы все в порядке.

— Это радует, эрна Энжелин, — деловым тоном заметила Мирайя, — потому что мне очень нужно вас опросить.

— Ну не здесь же! — Встряла Али. — Найлу и так от нашего присутствия скоро удар хватит. Потерпи со своим допросом еще чуть-чуть. Едем к нам домой, и там спокойно все обсудим.

Мирайя нехотя согласилась.

Идти своими ножками мне опять не позволили. Стоило только попытаться встать на пол, как сагур мигом подхватил меня на руки. В серых глазах мелькнула насмешка. Хорош раб! И все же я промолчала. Сейчас не время и не место для разборок. Слишком много любопытных ушей. И это не только Мирайя. Рядом, делая вид, что заняты своею работой, пытались погреть уши коллеги Найлы.

Чтобы не ляпнуть невольно что-то ненужное, я сосредоточилась на изучении окружающей обстановки. Хотя, если честно, толком смотреть было не на что. Здание клиники было белым и совершенно безликим. Впервые на Эренсии я увидела дом без колонн на входе и без огромных окон от пола и до потолка. Обычное здание, почти современное, похожее на тысячи виденных мною ранее на Земле.

На прощание Найла сообщила Али, что завтра приедет проверить, как я себя чувствую. И мы загрузились в мобиль.

Всю дорогу до дома я ерзала на сидении от нетерпения. Вопросов у меня было много. И только часть из них предназначалась Али и Мирайе. А поскольку я до сих пор не имела представления о правилах поведения на Эренсии и можно ли задавать подобные вопросы при сагуре, приходилось молчать. Но видит вселенная, у меня на языке уже образовалась рана от того, что я постоянно прикусывала его кончик, чтобы не выпалить хоть какой-то вопрос из тех, что вертелись у меня в голове.