Склоны береговой линии — ровные, без укрытий. Экспедиционным силам пришлось создавать защиту на месте. Ветки и валуны сложили в импровизированные баррикады, тут же начали рыть подземные норы/подземные укрытия. Первым делом укрепили позиции, чтобы прикрыть лагерь от возможного ночного нападения эльфов.

Резак действовал хладнокровно. Он разделил войска на три группы: одна оставалась у побережья для охраны тыла и припасов, вторая — разведчики — продвигалась вдоль лесной границы по берегу, а третья, самая опасная, начинала проникать под своды деревьев.

В лесу была тишина. Это напрягало.

Эльфы не показывались, но Резак понимал, что они следят за каждым движением. Стрелы могли сорваться с любой ветки. Именно поэтому разведка шла медленно, шаг за шагом. За каждым десятком шагов оставляли метки.

— Они здесь. Они всегда здесь. — Резак, глядя на тёмные, густые ветви.

Периодически кто-то вскрикивал, когда с легким жужжанием пролетал стрела, пришпиливая хвостатого воина к стволу светящегося дерева.

В это время Живоглот руководил разгрузкой/погрузкой. Корабли стояли на якоре в бухте, поднимая флаг Протектората и Клыкастый череп, которые так раздражали эльфийские глаза. Эти деревья, этот берег — всё это скоро станет частью Протектората

Тактика проста: вырезать коридор в лесу, закрепиться с помощью форта, построить временные дороги для продвижения войск и повозок с побережьем.

Однако для всего этого требовалось зайти внутрь.

Резак не любил леса. В них пахло сыростью, тухлыми листьями и смертью. Особенно сейчас, когда смерть шла по пятам.

Клановые продвигались медленно, как ползущий червь, выгрызая поляну среди деревьев. Секиры, тесаки и топоры, топоры работали с утра до ночи. В воздухе висел запах смолы, пота и крови. Эльфы не показывались. Пока не начиналась ночь.

— Они просто издеваются, — сказал колдун, глядя на стрельчатый шлем крысы, что валялся у костра. Шлем был пробит стрелой. Хозяина шлема рядом не было. — Ну, как всегда.

— Успокойся, — буркнул Резак, глядя в темноту леса. — Если хочешь жаловаться, можешь отправить депешу на тот свет. Где-то тут их почтальоны.

Эльфы били издалека. Стрелы свистели между ветвями, как назойливые мухи. Одному в голову, другому в шею… Они не тратили стрел зря, но и точно не лезли. Эдакая лесная игра в прятки: один удар и исчезнуть.

— Ружья готовы? — спросил Резак у ближайшего бетты.

Тот пожал плечами:

— Готовы, да-да!

Мортиры ударили первыми. Грохот был как удар по черепу. Ядра с начинкой улетели в густую листву. Леса загудели, деревья осыпались листьями, птицы разлетелись с визгом.

Но эльфы молчали.

— Мы достаточно зашли! — командовал Резак. — Укрепляемся!

Кланкрысы крепили позиции, выкорчевывая кусты и вырубая подлесок. Мечи и копья держали оборону, а ружья гремели по ночам, стреляя по теням, отгоняя невидимых убийц. Но эльфы не сдавались. Они знали лес лучше. И каждый день крысы теряли всё больше бойцов.

— Мы сдохнем здесь. — пробормотал один из крыс у костра.

— Не раньше, чем сдохнут они. — буркнул Резак, затягивая ремень на своей кирасе.

Заложив первый форт, Резак решил устроить крупную вылазку вглубь. Чтобы более ясно представить скрытый рельеф, возможно найти поселение вонючек. Оставив пару сотен бойцов, он с остальными двинулся в лес.

Но не успел он далеко вывести свои силы, как среди деревьев то тут, то там начали показываться гибкие фигуры с длинными волосами. На них был минимум одежды, но при этом у каждого — вариации тонких мечей и луки.

Обрадованные появлению врага, некоторые командиры-бетты начали вести свои ордо в атаку без приказа, надеясь первыми захватить живого эльфа (за это была объявлена щедрая награда).

Схватка началась так, как и должно было: грязно, быстро и с обилием криков. Крысы двигались плотным строем, щиты подняты, копья выставлены. Мечники держались позади, готовые броситься вперед, если эльфы осмелятся приблизиться.

Эльфы, конечно, не осмелились. Они послали вместо себя стрелы.

Одна вошла в глазницу кланового в первой линии, другая пробила шею стрелка, ещё одна отскочила рикошетом от толстого наплечника, пятая проткнула кольчугу… Остальные закрылись щитами, проклиная все подряд.

— Вонючие тактики, чтоб их души демоны сожрали! — пробормотал Резак, прислонившись к толстому стволу дерева, глядя, как мортиры готовят новый залп. — Пушки, пали!

Ядро с пороховой начинкой вышибло из леса кусок земли и корней, но эльфы были уже в другом месте. Их было толком видно, но слышно — шорох листьев, треск веток.

А потом внезапно они сами пошли в атаку.

Резак сразу заметил, что дело плохо. Оказалось, что остроухие умели драться. Они били мечами так, будто те выросли у них из рук. Их движение — плавное, бесшумное, как у тени. Одного крысолюда разрубили, прежде чем он успел поднять щит. Другой упал, истекая кровью из рассеченного живота.