Алекс прикинул. У него было три тысячи восемьсот после оплаты взятки Веррону. Две с половиной за шлюп, минимум тысяча на ремонт и регистрацию (то есть, опять же, взятку) — останется почти ничего. Но других вариантов нет, и вряд ли появятся.

— Беру. Две пятьсот за судно. Документы не нужны, оформлю сам, дешевле.

Веррон усмехнулся:

— Толковый. Но с твоим прошлым неудивительно. По рукам, — он протянул ладонь. — Гони монету. Доступ к шлюзу — двадцать четыре часа. Через двадцать четыре часа судно либо уходит отсюда, либо его разбирают.

— Успею, — Алекс пожал руку охранника.

Веррон высадил Алекса у жилого модуля, где можно было снять каюту на сутки, дал реквизиты своего счета, и уехал, сказав, что пришлет данные доступа в течение часа после того как получит деньги.

Алекс снял крошечную каюту на нижнем уровне — три на два метра, с койкой, столом, и санузлом размером с шкаф. После серии ночевок в кошмарных ночлежках транзитных станций даже это казалось почти роскошью.

Он бросил сумку на койку, снял куртку, сел за крохотный столик. Достал свой старый планшет и мини-терминал. Сначала нужно было перевести деньги Веррону — Алекс активировал терминал, вставил кристалл («конфедеральный», который во многих Секторах не любили, как здесь), оформил принудительную конвертацию (чтобы они подавились такой комиссией), ввел реквизиты, подтвердил транзакцию. Две тысячи пятьсот стандартных единиц. Его счет похудел до болезненных размеров.

Потом открыл блок данных, который скопировал с памяти шлюпа, и начал внимательно изучать.

Координаты последнего известного положения: 002-Н-Кхарон-3-03. Алекс открыл свою навигационную карту и нашел эту точку. Кхарон был пограничной системой, расположенной на куличках Нейтральной зоны. Три планеты, две из них — газовые гиганты, третья — почти целиком камень, с атмосферой 0,85. Никаких постоянных поселений, только несколько добывающих станций на астероидах.

Система отмечена маркером — повышенная пиратская активность. Неудивительно, разработки — рай для разнообразных жуликов и разбойников.

Что это был за объект? Почему «СР-447», как следует полагать, после этого рейда оказался на свалке? Ясно, что вмешиваться в чужие темные дела — хуже ничего не придумаешь. Проблем и без того хватает… Но любопытство, а с ним старый инстинкт пилота-разведчика не давали покоя. И подогревали какую-то мальчишескую надежду — ясно, что этот груз «стоит денег», и, очевидно, больших.

Алекс открыл блок с контактами. Половина имен в списке принадлежала людям «отошедшим от мира», сгинувшим неизвестно куда, а то и вообще уже мертвым. Алекс не удалял эти контакты — какая-то связь с тем, «лучшим» временем его жизни, по которому он ностальгировал.

Среди по-прежнему отмеченных зеленым маркером он нашел нужное имя: Марта Неах, старый знакомый еще по флоту. Она тоже была уволена, за торговлю военным имуществом на стороне (то есть еще легко отделалась — могли дать лет пять на какой-нибудь каторжной точке в системах субкатегории), но сумела устроиться неплохо. Теперь Марта владела небольшой ремонтной мастерской (и даже на станции «Хейдал-12», где «все только свои»), и, соответственно, имела контакты среди тех кто занимался «нестандартным бизнесом».

Набрал номер. Связь установилась не сразу — пришлось ждать минут пять, пока запрос миновал океан шлюзов. (Алекс старался не думать сколько будет стоить вызов из этой дыры.) Наконец на экране появилось лицо женщины лет сорока пяти, с короткими поседевшими волосами и усталым взглядом.

— Алекс? — удивленно спросила она. — Надо же! Сколько лет!

— Привет, Марта, — он улыбнулся. — Давно не виделись.

— Лет пять, не меньше.

— Ты все там же, на «Хейдале»?

— Да. А в чем дело? Судя по твоему виду, не просто решил поболтать.

— Мне нужна информация. Шлюп класса «СТ», регистрационный номер СР-447. Работал на сопровождении грузов в Двадцать пятом, и вот всплыл здесь, на «Терминале-7».

Марта озадачилась:

— Зачем тебе это?

— Я его купил. Теперь вот думаю не поторопился ли.

— Ладно… Дай время. Посмотрю что смогу найти. И, тоже думаю, предупреждать тебя не надо. Чтобы ты не делал резких движений. Если такой шлюп оказался на свалке… «СТ» — им еще жить и работать, серия свежая… Значит с ним что-то как бы не так.

— Вот и я про то. Спасибо, Марта.

Алекс откинулся на спинку стула и потер лицо ладонями. Усталость навалилась разом — он не спал нормально уже четыре дня, перебиваясь короткой дремотой в линтерах.

Нужно было поесть и поспать. Тренькнул планшет — пришли данные от Веррона, коды для автоматики погрузки-выгрузки. Алекс подключился к системе, ввел коды, ввел свою биометрию. Утром предстояла работа — вытащить и оживить железку, часа четыре не очень легкой возни.

Он поднялся, взял куртку, вышел из каюты. В холлах было пусто и тихо — большинство обитателей станции в это время работали в своих секторах. Алекс прошел к столовой.