— Я бы не сказал, что ресторан классической направленности, — покачал головой Жека. — Это оригинальный авторский проект, которым занималась моя девушка. Он вобрал как черты античности, так и некой авторской фантазии на тему мифов и легенд. Концепцию заведения я бы назвал как «древний затерянный храм».

— Андреас, я уже хочу побывать там! — неожиданно капризным голосом пропищала Гертруда. — Меня это заведение очень заинтересовало!

— Я приглашаю вас после оперы! — уверенно сказал Жека. — Уверен, впечатления останутся самые незабываемые!

— Ну, раз приглашаете, значит, что-то согласиться и изменит своим многолетним принципам! — рассмеялся мэр.

Потом официант принёс шампанское, и разговоры стали ещё более свободными. Мэр с женой были самыми настоящими немцами, невзирая на знатное происхождение, и после одной бутылки шампанского последовала еще одна и еще. Жека спаивать умел как никто.

Опера и в самом деле была хороша, особенно с непривычки. И, конечно же, атмосфера театра, давно забытая. В юности в школе и технаре иногда гоняли в местный драматический театр. Мать, скрепя сердце, раскошеливалась по рублю на билет. Жека ходил на спектакли с классом и группой и понимал, что вот здесь, совсем рядом, существует другой мир, более чистый и возвышенный, чем тот, в котором он живёт, с подростковыми бандами, махачом на улицах, водкой и наркотой. И сейчас Жека словно окунался в юность, смотря на громадные бархатные портьеры красного цвета с золотыми позументами и вышивкой, на канделябры, стоящие у стен, на огромную главную люстру, весящую не менее тонны.

После оперы Жека пригласил мэра с женой в лимузин, ждавший Жеку два часа у театра.

— А вы живёте на широкую ногу, — заметил Андреас. — Это ваша машина?

— Что вы, боже упаси, конечно же нет, — рассмеялся Жека. — Арендованная. Всё дело в том, что мы ещё не обзавелись своим домом, и нам просто негде хранить её. Да и смысла в этой машине я совершенно не вижу. Всегда можно позвонить и вызвать наёмную. Меня в фирме «Рояль Кар» прекрасно знают и пришлют хоть лимузин, хоть обычный автомобиль бизнес-класса в любое место, куда я скажу.

— Не обзавелись домом? — с интересом спросил мэр. — Вам нужен именно загородный дом? Вилла?

— Да, — согласно кивнул головой Жека. — Именно так. Я хотел бы большой загородный дом, с бассейном, сауной, большими помещениями и комнатами для прислуги. Но времени заняться этим совершенно не было, пока мы раскручивали своё дело. Так получилось. А сейчас решили заняться этим вплотную.

— Я могу вам порекомендовать дома в известном посёлке Райнхессен, — заявил Анреас. — Местечко сказочное. Известнейший винодельческий регион, рядом курорт Висбаден. Там, вне всякого сомнения, проживает только элита нашего общества.

— Ух ты, как интересно! — восхитился Жека. — Спасибо огромное за совет. Обязательно присмотрюсь к нему. Именно такая местность нам бы и подошла.

— А у вас ресторан в довольно необычном месте, — заметила Гертруда. — Но это придаёт ему особый шарм.

— Да… — согласился Жека. — Ещё на стадии разработки проекта мы выбирали именно такое место — вдали от цивилизации. Предполагалось, что посетители будут приезжать к нам на своих автомобилях и на такси. Для этого полностью облагорожен подъезд к лечебнице и территория вокруг неё.

— Лечебнице? — удивлённо спросил мэр.

— Да, лечебнице! — согласился Жека. — Ресторан открыт в здании бывшей психиатрической больницы. Нам это показалось оригинальным.

Мэр с женой были сильно заинтригованы и, когда лимузин подкатил ко входу в ресторан, с любопытством рассматривали округу и здание. Но интерьер ресторана произвёл на них неизгладимое впечатление. Это было видно сразу.

Посетителей внутри встречал наголо бритый босой метрдотель, одетый только в набедренную повязку. На его теле были нарисованы причудливые узоры в виде простых геометрических фигур, похожие на татуировки индейцев из бразильской сельвы. Поклонившись, метрдотель ударил в громадный бронзовый гонг, висящий у входа, и, молча поклонившись, жестом пригласил посетителей следовать за собой.

На некотором отдалении подошли две полуголых девушки, одетых только в набедренные повязки. Груди были наполовину прикрыты куском материи, похожей на детский слюнявчик. Тряпка почти не прикрывала груди, свободно вздрагивающие и движущиеся в разные стороны при каждом шаге. Волосы у девушек были заплетены в косы, причудливо завязанные на голове, глаза и губы сильно подведены, и лица их напоминали фигурки с древнеегипетских фресок. Тела тоже покрыты причудливыми узорами. Девушки аккуратно раздели посетителей, временами словно ненароком касаясь частей их тела.

Андреас и Гертруда, словно заворожённые, подчинялись каждому движению искусительниц. Такое зрелище они видели впервые. Конечно, возможно, в поисках новых впечатлений мэр с женой ходили в эротические театры и кабаре, но такого не встречали, чтобы в ресторане царила атмосфера тонкого эротизма, при этом не переходящего в неприличие.

Девушки поклонились и пригласили гостей в обеденный зал, где всё было ещё интереснее. В зале горел неяркий свет и играла негромкая, медленная и томная музыка, вызывающая непонятные чувства — нечто похожее на смесь печали, удивления и ожидания чего-то чувственного.