— Я знаю, ты хочешь сказать мне что-то плохое, Герцогиня.

Она сцепила поверх зелёного халата руки, покрытые пигментными пятнами.

— Это не плохое, дорогой, просто… ну… — она замолчала, опустив глаза.

— Ты собираешься переехать к Элис, не так ли?

Она печально посмотрела на него.

— Давно пора, дорогой.

— Герцогиня, прости, что меня там не было. Я исправлюсь. Я постараюсь быть рядом как можно чаще…

Она сердито посмотрела на него.

— Перестань вести себя так, будто это твоя вина. Это не так, и я больше не хочу слышать ни слова об этом. Но время пришло. Знаешь, ещё до того, как ты переехал в квартиру, я уже думала об этом.

— Но ты же хотела остаться в своём доме.

— Да, и то, что над гаражом живёт сильный, красивый мужчина, тоже не помешало.

Рис закатил глаза. Он знал, что ей всё равно, как он выглядит. Это одна из черт, которые он в ней любил.

— Мне понадобится больше ежедневной помощи, как сейчас, когда я встаю на ноги, так и в будущем. И я знаю, — она подняла руку, когда он открыл рот. — Я знаю, что ты бы помог мне. Я знаю, ты бы сделал всё, что в твоих силах. Но так будет лучше. Для тебя и для меня. И мне нужно больше времени проводить с Элис. Ну, ты знаешь, до неизбежного.

— Боже, не говори так.

Она проигнорировала его протест. Она смирилась с тем, с чем он не был готов столкнуться. Она сказала:

— Но мне нужно знать, Рис, будешь ли ты в порядке. Без меня.

У Риса так сдавило горло, что он поначалу не мог сглотнуть. Дело сейчас не в нём.

— Герцогиня…

Её рука сомкнулась на его запястье, пальцы вжались в шрамы, которые так и не зажили полностью, потому что порезы были настолько глубокими. Рис чуть не отшатнулся, ему не нравилось вспоминать о той ночи, не нравилось думать, что Герцогиня могла что-то помнить. Она никак не могла, но это всё равно преследовало его, и ему было тяжело, когда кто-то, даже она, прикасался к этим шрамам.

Она убрала руку с его запястья, и её узловатые пальцы нашли его гладкие, сильные.

— Мне нужно знать, милый.

— Герцогиня, не беспокойся обо мне. Мне только нужно знать, что с тобой всё хорошо. Это всё, что имеет значение.

— Потому что ты любишь меня.

— Да. Потому что я люблю тебя.

— Неужели ты не понимаешь, милый, что я тоже люблю тебя?

— Чёрт, — Рису пришлось потереть один глаз о плечо. Затем ему пришлось вытереть другой.

— Так что не лги мне, Рис. Ты будешь в порядке без меня?

— Я буду очень по тебе скучать.

— Что ж, тебе лучше навещать меня, потому что я тоже буду по тебе скучать. А теперь ответь на мой вопрос, молодой человек.

— Да, Герцогиня. Со мной всё будет в порядке.

Она вздохнула и расслабленно откинулась на подушки. Её рука выскользнула из его ладони, и она погрузилась в сон. Рис встал, склонился над кроватью, поцеловал её в сухую щёку и поблагодарил Идайоса за то, что Мэйбл Льюис нашла его той ночью.

Глава 24

Луке очень даже нравилось наблюдать, как Талия стоит у него на кухне и роется в холодильнике, одетая в одну из его чёрных футболок, доходящую до середины бедра. Он знал, что это такое клише для мужчин, но ничего не мог поделать с тем, что это наполняло его типично мужским удовлетворением.

— Боже, — пробормотала Талия, — неужели у тебя нет ничего съедобного?

Лука включил кофеварку.

— Как можно считать яйца несъедобными?

— Я не хочу их готовить. Всё тут требует кулинарной обработки, и ты, возможно, способен прожить на сельдерее и миндальном молоке, но я не могу.

— Ты преувеличиваешь. И готовить буду я.

Талия закрыла холодильник и начала открывать шкафчики. Она достала коробку гранолы и нахмурилась, увидев этикетку.

— Миндаль и льняное семя? Я серьёзно беспокоюсь за тебя.

— Потому что я ем здоровую пищу? Ты что, питаешься яичными рулетиками и пиццей?

Она поставила коробку на прилавок и стала серьёзной.

— Лука…

Его настроение испортилось из-за смены тона. Он знал, к чему она ведёт.

— Не начинай.

— Почему ты такой чертовски худой?

— Я в лучшей форме за всю свою жизнь.

— О, пожалуйста. Ты всегда был в отличной форме. Но сейчас у тебя, я не знаю, что-то вроде ОКР.

— Ты меня сейчас выбесишь.

Её пальцы барабанили по столешнице рядом с коробкой, пока Талия окидывала его раздражающе критическим взглядом с головы до ног. По крайней мере, на нём были спортивные штаны и футболка, так что почти исчезнувшие отметины на спине не были выставлены напоказ для её оценки.

Лука не хотел с ней ссориться, особенно из-за этого, поэтому пошёл взять пару кружек. Он прекрасно понимал, что помешан на своей диете. Если не считать начос с маринованными огурцами, поедаемых с Рисом, он обращался со своим телом, как с дорогой машиной. Это помогало ему сосредоточиться. Это помогало ему следить за своим физическим состоянием. Он нуждался в этом. Он не хотел возвращаться к наркотической зависимости, которая разрушила его тело и разум. Небольшое ОКР было ничем по сравнению с этим.