— Да, но, по крайней мере, у тебя есть одежда. — В моем голосе слышится пессимизм, который я ненавижу слышать даже от себя. Я работаю над парой леггинсов от одного из мужчин, потому что большая часть старой женской одежды была сшита по размеру для маленьких женщин, бегающих по деревне, и не было ничего, что подошло бы мне. У меня слишком широкие бедра, чем у Севвы или Кемли, поэтому я перешиваю мужскую одежду.

Ура.

— Кроме того, — говорю я Саммер. — Не чувствуй себя как на благотворительном вечере. Нам скоро придется завести здесь с кем-нибудь детей. Ты обмениваешь свою вагину на кожаную одежду.

Она делает испуганное лицо.

— Не говори это так громко! Эти люди хорошо к нам относятся. — Она на мгновение замолкает и кладет тунику на колени. — Итак… как ты думаешь, с каким парнем мне придется делать детей? Знаешь кого-то конкретного? — Она слегка возбужденно покачивается.

— Это не считается оскорблением, если ты помешана на мальчиках, дурачка, — поддразниваю я. Я капризная, но, по крайней мере, у меня есть друзья. Саммер поднимает мне настроение, даже если я оглядываюсь и вижу хорошенькую розоволосую Брук, одетую в очаровательную тунику с бахромой. Я тоже хочу какую-нибудь чертову бахрому. Вместо этого я выставляю задницу напоказ в этих леггинсах и надеюсь, что выгляжу не слишком мужественно. Вздох. — Есть ли кто-нибудь, на кого ты положила глаз? Кто-нибудь тебе нравится?

— Мне? — Она забирает у меня из рук леггинсы и выдергивает иглу. — Ты делаешь все неправильно. Позволь мне. — В считанные мгновения она распускает мои швы и закрепляет их за меня, а затем просто продолжает шить. Я позволяю ей продолжать работать, так как она, кажется, наслаждается этой импровизированной маленькой вечеринкой больше, чем я. Джоси и Лейла показали ей, как шить, пока я училась охотиться, и, похоже, она неплохо справляется с этим. Я впечатлена. Она умело втыкает иглу, а затем снова протягивает ее, затем бросает на меня лукавый взгляд. — А что касается резонанса, я не знаю. Я имею в виду, что на самом деле я ни с кем из ребят не разговаривала. А ты?

— Думаю, я разговаривала с ними. — Я пожимаю плечами. Я чувствую себя странно рядом с одинокими парнями, потому что я чувствую себя куском мяса. Большим куском мяса. Однако я не могу удержаться, чтобы не подразнить Саммер еще немного. — И мне трудно поверить, что ты ни с кем из них не разговаривала, Сам.

Она краснеет и делает глупое лицо.

— Кейт, я же ничего не могу поделать, если у меня начнется словесный понос. Я просто нервничаю. — Она сосредоточена на своем шитье, не глядя мне в глаза. — Они все действительно красивые и большие. Это заставляет меня нервничать. В тот момент, когда кто-то хотя бы здоровается, я рассказываю ему историю своей жизни.

Я хихикаю, расслабляясь на подушках, пока она работает.

— У тебя и правда не очень получается непринужденно болтать. Почему?

Саммер пожимает плечами.

— Может быть, это во мне говорят мои азиацкие корни. Я знаю, что слишком сильно стараюсь. Я просто не привыкла быть бесполезной. Я не владею никакими полезными навыками, такими как шитье, выращивание растений или что-то в этом роде. Я разбираюсь в химии, философии и политике. Здесь это бесполезно, и чем больше я думаю об этом, тем больше нервничаю, поэтому начинаю говорить. И чем больше я говорю, тем больше понимаю, что мне следует замолчать, но все это просто выплескивается наружу, как одна большая словесная рвота. — Она морщится. — Наверное, они все думают, что я идиотка.

— Никто так не думает, — успокаиваю я ее. — Они просто думают, что ты… — я изо всех сил пытаюсь подобрать подходящее слово. — Игривая.

— Да, ну, мне бы хотелось, чтобы я была немного менее склонна к словесному поносу. — Она заканчивает отделку моих штанов и поднимает их. — Как тебе?

— Лучше, чем у меня. — Смотрится это не очень, но я думаю, что любая туника, которую мне придется надеть с этим, будет достаточно длинной, чтобы скрыть эффект подгузника, который создает вставка на брюках.

— Это потому, что ты проводишь все свое время с Лиз, — говорит она мне. — Тебе следует почаще проводить время со мной и Брук. — Она поднимает брови, глядя на меня. — И мы можем сравнить данные о мужчинах.

На это я закатываю глаза.

— Притормози, Сам. Довольно скоро они сами забредут в твое влагалище.

Саммер испуганно хихикает и хлопает меня по руке.

— Да ладно тебе. Все они симпатичные парни, если не обращать внимания на синеву, рога и все такое прочее. — Она машет рукой перед своим лицом, указывая на рога, или кожу, или что-то столь же чуждое. — И к этому, вероятно, просто нужно немного привыкнуть. Но эти парни горячие и хорошо сложенные. Только не говори мне, что ты не видела ничего такого, что привлекло бы твое внимание.

В том-то и дело. Мне так неловко и некомфортно с парнями из-за моего роста, что я не обращала на это особого внимания… за одним вопиющим исключением.

— Вот дерьмо. А вот и Харрек. Не смотри на него. — Я забираю у нее брюки и притворяюсь, что очень занята шитьем.

Этот придурок направляется прямиком сюда, несмотря на то, что этим утром в длинном доме полно народу, а Гейл и Брук стоят в сторонке, разговаривая с Севвой и Кемли. Брук очень симпатичная, и у нее большие сиськи — ему нужно приударить за ней.