Шрифт:
Все сразу притихли. Ни на кого не глядя, Райхан ровным голосом поведала, как исчез скакун...
Вчера вечером Аскар привел скакуна, с головы до ног укрытого старой попоной, и стал умолять ее помочь сохранить коня.
Во дворе, обняв голову жеребца, визгливо плакал старый Жексен:
Аскар, глядя вслед скакуну, поклялся:
Едва дослушав рассказ Райхан, несколько бедняков во главе с Есимом бросились к коням.
Уполномоченный снова обернулся к молодой стройной женщине.
Райхан плотнее надвинула платок, нахмурилась.
Темной ночью в глухом ущелье спешились Есим и его друзья. У пещеры нашли закованного в железные путы Акбести...
А через час конокрад докладывал Аскару о том, что их выдала Райхан. Тот в злобе выхватил нож, грязно выругался. А бедняки веселились вокруг ярко пылающих костров, пели песни, играли на домбрах.
Райхан шла по городу. На голове у нее был все тот же белый платок, и прохожие оглядывались на шестнадцатилетнюю девушку, почти подростка, почему-то надевшую шаршы. Райхан сердито встречала их взгляды.
В небольшом кирпичном здании она нашла заведующего курсами - невысокого мужчину средних лет, показала записку уполномоченного.
– Шестнадцать.
– А это?- Заведующий показал на ее шаршы.- Ты не отказываешься от байской семьи? У нас ведь учатся только бедняки.
Райхан вспыхнула, сорвала платок и кинула его на стол. Все вокруг, а рядом стояли женщины, рассмеялись. Райхан посмотрела на их лица и засмеялась вместе со всеми, впервые за долгие дни.
Потом она обошла всю школу. В одной комнате увидела на стене небольшой портрет человека с высоким лбом и острыми внимательными глазами и спросила у проходившей мимо девушки:
– Кто это?
– Это Ленин.
Райхан медленно приблизилась к портрету. Поглядела несколько мгновений и вдруг схватила его обеими руками и сорвала со стены. Поднялся переполох, будущие соклассницы окружили ее, прибежали секретарь комсомольской ячейки, член профкома...
– В чем дело?
– Почему сорвала?
– Что это значит? Пусть отвечает...
Она же, то отдаляя, то придвигая вплотную к глазам, рассматривала фотографию. Кто-то из девушек несмело дотронулся до ее руки.
Глава 2
Вставало зимнее утро.
По занесенной снегом горной дороге ехали два всадника. В одном, одетом в форму красноармейца, нетрудно узнать широкоплечего Есима. Другой -владелец обоих коней - был смотрителем ближайшей почтовой станции.
В конторе совхоза Есим снял кубанку, отправил шинель и подошел к мужчине, сидевшему за столом.
– Есим.
– Они обменялись рукопожатием.- К вам с фронта.
– Заместитель директора, Федор.
В кабинет вошел еще один человек, и Федор почтительно встал:
– Товарищ директор...
– Продолжайте, продолжайте, - сказал вошедший.
– Так по какому делу?- обратился Федор к Есиму.
– Меня к вам направил райком.
– Есим вынул из кармана пакет и протянул Федору
– Пасти овец сможешь?
– Вроде бы умею,- рассмеялся Есим.- До армии пас овец Жексена. Слышали о таком бае?
Есим и Федор разговорились.
– У нас на третьей ферме дела плохи,- вмешался в разговор директор совхоза.- В день пять-десять овец дохнут...- Он подошел к столу, посмотрел сводку.- За месяц пало двести восемьдесят.
– Видимо, болезнь какая-то, товарищ Андреев. Да и людей опытных не хватает, - сказал Федор.
– Вот туда и пойдете бригадиром, - обратился Андреев к Есиму- С вами, и тоже бригадиром, поедет еще один товарищ.
– А кто такой?- спросил Федор.- У меня он еще не был.
– Райком направляет женщину одну. Выезжайте сейчас же, товарищ. Я подъеду попозже...
Федор и Есим вышли из конторы.
На арбе, стоявшей у крыльца, спиной к ним сидела женщина. Выехали в степь. Федор заговорил с женщиной, и, когда она подала голос, Есим вздрогнул. Он обернулся, глянул на нее сбоку и рассмеялся. А потом взял за плечо и бесцеремонно повернул к себе. Женщина настороженно повела на него глазами.
Оба радостно трясли друг другу руки.
Федор смотрел на них недоуменно.
У кошары их встретили среднего роста старик и широкоплечий юноша. Было около полудня, и овцы выходили из ворот. Есим и Райхан просто опешили: овцы тощие, шерсть грязная, свалявшаяся, висит клочьями.
– Болат.
– А меня зовут Иса,- заговорил юноша, не дожидаясь вопроса.
– Мы с Болатом здесь чабанами. В совхозе совсем недавно...
Овцы, изгибаясь, старались достать губами свои спины и хвосты, терлись курдюками и боками о стены кошары, оставляя на ней клочья шерсти.