– Только не говорите мне, что вы собираетесь открыть Северный полюс.

Но Уиллард проигнорировал сарказм Курта. Его глаза заблестели еще больше.

– Когда я служил в армии, моим последним постоянным местом службы был Эр-Рияд, Саудовская Аравия. Там все и началось.

– У нас нет военных баз в Саудовской Аравии, - сказал Курт.

– Базы и боевые подразделения - нет. Но в Саудовской Аравии есть довольно много казарм, в которых размещается американский военный персонал, в основном инструкторы ВВС и технические советники, морские пехотинцы для посольства. Материально-техническим обеспечением и медицинской поддержкой занимается в основном армия. В 1978 году я был командиром одного из армейских гарнизонов.

– Почему бы вам не покомандовать этим гарнизоном?
– предложил Курт, указывая на свою промежность.

– Вы хотите услышать объяснения или нет?

– Прошу прощения, доктор. Есть что-то такое в том, что дуло пистолета направлено мне в лицо, что пробуждает во мне юмористические наклонности.

– И именно возле этого гарнизона, - продолжил Уиллард, - я впервые столкнулся с гулем.

Курт позволил себе ухмыльнуться.

– Что это за дерьмовый гуль?

– Гули, - произнес Уиллард, и его голос повис в воздухе, как заклинание.
– Мифологические опустошители кладбищ, пожиратели мертвых. Гули или гуль, - это арабские производные от слова "вурдалак", которое сегодня приобретает множество запутанных значений, начиная от голливудских зомби и заканчивая людьми, одержимыми смертью. Всесторонний анализ, однако, выявляет еще более неопределенные обозначения; кажется, что по мере обновления источников интерпретация первоначального мифа становится менее точной. Некоторые на удивление авторитетные мифологи настаивают на том, что гули - это существа, меняющие облик, которые днем дремлют в могилах, в которые они вторглись, а ночью превращаются в живые тела, которые они съели. В других текстах утверждается, что гули являются телесными воплощениями джиннов, еще одного более известного арабского мифа; в этом описании гули - это демоны-получеловеки женского пола, которые изображают из себя блудниц и заманивают мужчин, чтобы съесть их живьем; в то время как другие источники утверждают, что гули - это бесполые духи, не имеющие никакой субстанции. Эти современные транслитерации бесконечны и бесполезны - европеизированная болтовня, а вовсе не честное воспроизведение оригинального мифа.

– Так что же это за оригинальный миф?
– подначил Курт.

Казалось, готовности Уилларда болтать без умолку не было конца.

– Древнейшая мусульманская мифология изобилует упоминаниями о гулях, и эти упоминания весьма специфичны: гули - это злобные, человекоподобные существа, единственными приоритетами которых являются убийства живых и поедание мертвых. Но этому конкретному аспекту восточных знаний уделялось мало внимания, что объясняет неочищенные определения западного понимания. Большая часть арабского фольклора была привезена в Европу в одно и то же время, в начале 1700-х годов, и почти полностью переведена одним человеком, французским археологом по имени Антуан Галланд. Переводы Галланда, в том числе "Тысяча и одна ночь", имели огромный успех в Европе; они также были немедленно пиратски проданы и переработаны. Эксперты сходятся во мнении, что эти переводы были сделаны без нареканий; даже если не принимать во внимание контрабандные копии, у Галланда была репутация человека, который адаптировал свои переводы к западному вкусу - вполне вероятно, что фрагменты оригинальных рукописей были переведены вовсе не Галландом, а халтурщиками. И по этим причинам легенды о гулях были отвергнуты как выдумки, просто неумелая переработка европейских легенд об оборотнях...

Курт не слушал. Пот заструился по его рубашке изнутри. Он знал, что Уиллард намеревался убить его.

– Я и сам согласился с этими выводами, - продолжил Уиллард, - но постепенно меня начали беспокоить некоторые вещи, которые я слышал и видел своими глазами.

"Пусть он продолжает говорить, - в отчаянии подумал Курт.
– Пусть дальше шевелит челюстями".

– Какие именно вещи?

– Во-первых, невероятное количество случаев исчезновения людей. Я попросил сотрудников службы безопасности ВВС разобраться в этом, и, хотя саудовцы, как правило, ведут приблизительную статистику преступлений, это более чем очевидно. Бесчисленные сообщения о пропавших людях, нераскрытых, необъяснимых. И все эти исчезновения, похоже, происходят после наступления темноты.

– Большинство людей похищают после наступления темноты. Это не то, что я бы назвал доказательством существования подобных вещей.

– Верно, но это еще не все. Похоже, что во многих небольших и отдаленных арабских деревнях, особенно расположенных вдоль гористой западной оконечности полуострова, практикуются такие же причудливые обычаи погребения. Здесь нет обычных кладбищ. Могилы, как правило, без опознавательных знаков и разбросаны в разных местах. И что еще хуже, на протяжении веков подобные города и деревни демонстрируют ошеломляющую историю разграбления могил, несмотря на преднамеренные усилия населения спрятать своих умерших. Во всем этом даже сегодня нелепо обвиняют племена бедуинов, кочевников, пасущих овец и верблюдов. Но теперь я знаю лучше.

– Гули, да?

Улыбка Уилларда погасла.

– Я бы посоветовал вам отнестись ко мне серьезно.

– Как скажете, доктор.

– Вот увидите, - шутливо предупредил Уиллард.
– Доказательство ближе, чем вы думаете; гули существуют. Большинство из них были уничтожены ваххабитами в первой половине века. До тех пор это была чисто техническая проблема - гули достаточно быстры, чтобы уворачиваться от низкоскоростных пуль. Но в 1902 году, готовясь к войнам, которые в конечном итоге объединили Саудовскую Аравию, король Ибн Сауд вооружил свои войска длинными винтовками европейского производства, по-моему, маузерами. Именно это привело к тому, что племя гулей практически исчезло.

"Он действительно в это верит?"

– Почему я никогда ничего не слышал об этой легенде?

– Неизвестность, расстояние, время. Но главным образом нежелание исповедовать ислам, - ответил Уиллард.
– Реальность гулей давно забыта, но легенда останется навсегда. Спросите любого араба об истории вандализма на кладбищах в его стране, и он ответит вам молчанием, словно пораженный. Примерно то же самое, что спросить немца о лагерях смерти или мексиканца о дизентерии.

У Курта внутри все сжалось; он совсем забыл о Вики.

"Уиллард, должно быть, не заметил ее, когда входил".

Третья портативная рация лежала на переднем сиденье патрульной машины. Вторая все еще висела у него на бедре. Если бы у Вики хватило предусмотрительности включить свою...

А в машине был дробовик.

– Значит, остальная часть легенды правдива?
– спросил Курт. Он опустил руку очень медленно, очень естественно, и нажал кнопку передачи на своей рации. Он знал, что должен продолжать потакать Уилларду и его безумию.
– Эти твари действительно грабят могилы и едят трупы?