Курт просмотрел страницы, но почти ничего не разобрал. Он подумал, что это иероглифы; большинство слов состояли из десяти букв.

– Окружные власти нас ни о чем таком не информировали, - сказал он Грину.
– Другими словами, мы даже не знаем, что это такое.

– Это логично. В газетах об этом не писали, - заговорил патологоанатом, откусывая кусочек от своей закуски.
– Это касается тех двух старшеклассниц...

– Те, чью машину нашли на окраине нашего города.

– Точно, - сказал Грин.

Он бросил серебристую обертку от конфеты в мусорный бак с педальным приводом; крышка захлопнулась, как мухоловка.

– Но эти девушки еще не объявились, - уточнил Курт.

– Нет, они не объявились. И не появятся, во всяком случае, живыми.

Шум кондиционера начинал раздражать Курта, как и неуловимость Грина.

– Тогда как вы делали это чертово вскрытие?
– спросил он.

– По органам.

Ответ вызвал у Курта только молчание, напряженное и умоляющее молчание, которое требовало пояснений. Наконец Грин взгромоздился на свой стол и объяснил:

– Вот почему в округе уверены, что обе девушки мертвы. О чем они не сообщили прессе, так это о том, что, хотя тела найдены не были, рядом с машиной были обнаружены две груды органов. Вчера пара окружных специалистов привезли мне материал для идентификации. Вот о чем этот лабораторный отчет.

– Органы, - рассеянно произнес Курт.

– Желудок, матка, печень, немного брыжейки - большая часть нижних отделов желудочно-кишечного тракта.

– Я не понимаю, - сказал Курт.

Он был рассеян, сбит с толку. Гудение, казалось, становилось все громче, давя на барабанные перепонки, как при резком перепаде давления.

– Их выпотрошили.

Курт хотел уйти. Для одной недели этого было слишком много. Это было безумие. Бард был прав в своем цинизме. Ситуация становилась все хуже и хуже. Мир превратился в бойню, черную игровую площадку для каждого двуногого психопата.

– Двух девочек выпотрошили, - повторил Грин.
– Анализ на токсикологию показал отрицательный результат на наркотики. Правда, они были слегка под кайфом; содержание алкоголя в крови составило 0,02 - в машине было пиво. Спермы в беспорядке обнаружить не удалось. Много лобковых волос, но все они были женскими, согласно базовому показателю. Один из детективов сказал мне, что повсюду была кровь...

Курт подумал о крови в трейлере Фитцуотера.

"Повсюду. Повсюду..."

– По всей земле, по машине, по стеклу. Везде. Двери заперты, водительское стекло разбито. Сумки, бумажники и деньги все еще внутри; никто ничего из этого не трогал. Криминалисты штата сообщили мне, что у них возникли проблемы с отпечатками пальцев. Завтра капот и крылья машины отправят в Мэрилендский университет для проведения СЭМ-сканирования. Вы можете себе представить, что для снятия отпечатков с полированного металла нужен Сканирующий электронный микроскоп?

Курт первый раз услышал, что такое СЭМ, и ему было все равно. С тех пор, как все это началось, не было ни одной хорошей новости.

– Что еще вы знаете, чего не знаю я?

– Прочитайте второй отчет округа. Они предоставят его вам, они должны. Это ваша юрисдикция. Они сказали, что, похоже, девочек куда-то утащили - несколько следов и полос крови вели в лес.

– В какую сторону вели следы?
– спросил Курт.

– Через границу, в Тайлерсвилль.

Грин скрестил руки на груди, словно в нетерпении. В таком виде его массивные плечи и спина, казалось, вот-вот разорвут лабораторный халат на швах. В его карих глазах не отражалось ничего, даже отдаленно напоминающего восприимчивость; Курт предположил, что из-за низменной природы его работы эмоции остались у него, как у цементной статуи.

"Должно быть, ему не терпится вернуться к своим делам. Господи, что за работа".

– Спасибо, что уделили мне время, - закончил Курт.
– Мы с вами свяжемся.

– Отлично. Увидимся позже, - и Грин вернулся в прозекторскую.

Не успел он переступить порог, как Курт остановился. Он полез в карман куртки за ключами, но вместо этого вытащил клочок бумаги. На нем он узнал свои собственные каракули - ТТХ - из подслушанного разговора Уилларда и Нэнси.

Когда Курт проскользнул обратно, Грин уже открыл верх мешка для трупов и подключал пилу к розетке, вмонтированной в стол.

– И последнее, доктор Грин, - сказал Курт, стараясь не смотреть на отвратительный металлический стол и на то, что на нем лежало.
– Вы когда-нибудь слышали о чем-то, что называется ТТХ?

Реакция патологоанатома была мгновенной.

– Конечно. Это расшифровывается как тетродотоксин.

– Что это?

– Один из самых смертоносных твердых ядов, известных человеку, примерно в триста раз более токсичный, чем цианид. Его используют в научных целях, главным образом для выделения нужных клеточных компонентов, блокируя нежелательные. Оно происходит от японской рыбы-фугу. Очень, очень неприятный материал... Где вы его откопали?