— Кто-то из школы сообщил моей заведующей офисом, — сказал я. — Она выпускница «Грант Хай» и сохранила там связи.

— И только два дела были сдвинуты? — спросила Рулин. — Только Рэндольф и Колтон?

— Невозможно сказать точно, — ответил я. — Мы знаем только, что эти оказались не на месте.

— Тогда мне трудно увидеть связь с этим делом и понять, как это влияет на процесс, — сказала судья. — Были аресты?

— Насколько мне известно, нет, ваша честь, — ответил я.

— Итак, чего вы хотите от суда, мистер Холлер? — спросила Рулин.

— Я хочу, чтобы суд был бдителен, — сказал я. — Внимателен к любым попыткам очернить жертву или сделать убийцу козлом отпущения.

— Что вы имеете в виду? — спросила судья. — Как он может быть козлом отпущения? В конце концов, он убийца.

— Думаю, очевидно, что защита собирается свалить всё на стрелка, — сказал я. — Это старый аргумент Национальной стрелковой ассоциации: «Оружие не убивает людей. Люди убивают людей». Но здесь другое. Эту трагедию спровоцировала самообучающаяся машина с ограниченными возможностями.

Маркус открыл рот, но Рулин остановила его.

— Не нужно, мистер Мейсон, — сказала она. — В этом я скорее на вашей стороне. Мистер Холлер, вопрос об ответственности в этой трагедии решит присяжная коллегия. Я буду бдительна в ходе процесса. И могу заверить: если выяснится, что какая-либо из сторон добывала информацию незаконно, сочувствия она не получит. Совсем не получит. На этом всё. Эта встреча и так затянулась. Господа, мне нужно, чтобы вы ушли и дали мне работать.

Мы поблагодарили судью и вышли в том же порядке, что и в прошлый раз. Я снова шёл последним, за Маркусом, и, проходя мимо, прошептал:

— Я знаю, что ты послал кого-то вломиться в школу, — сказал я. — К началу суда у меня будут доказательства.

Это был блеф. От Циско, который занялся взломом после того, как Лорна получила наводку от бывшего консультанта по профориентации в «Грант Хай», я знал, что дело вяло ведёт детектив по кражам со взломом среднего звена из отделения полиции Лос-Анджелеса в Ван-Найс.

— Ты спишь, Холлер, — сказал Мейсон. — На твоём месте я бы больше волновался о том, что сказала в конце судья.

— Да? И что же? — спросил я.

— Она будет крайне недовольна незаконно добытыми доказательствами, — ответил он. — Мне кажется, это был адресованный тебе сигнал.

— Конечно, Маркус, — сказал я. — И кто из нас спит?

Но его последние слова зацепили. По дороге по коридору суда я молчал и думал. Знали ли Мейсоны, что у меня есть содержимое компьютера убийцы? Меня подставили? Кто оставил диск в моей машине возле химчистки?

Мне нужно было выйти на компьютер Аарона Колтона, чтобы попробовать допросить «Рен» и подготовиться к варианту, при котором её, как ИИ-помощника, допустят до суда и мне придётся её допрашивать. Это, несомненно, превратится в серьёзную битву с Мейсонами перед судьёй Рулин. Но прежде, чем ввязываться в драку, я обязан был понять, стоит ли игра свеч.

Проблема была в том, что как только я подключусь к «Рен», «Тайдалвейв» узнает, что аккаунт Колтона вновь активен, и сможет отследить подключение до конкретного места. Это выдало бы, что доступ к аккаунту Аарона есть у моей команды, и этот доступ быстро бы прикрыли. Несколько дней я обсуждал это с командой, перебирая разные сценарии, пока мы не остановились на дерзком и рискованном плане.

Мы знали, что Аарон Колтон находится в центре содержания несовершеннолетних в Силмаре, на северной окраине Долины. Делом занимался отдел по расследованию убийств департамента полиции Лос-Анджелеса в Ван-Найс. Значит, было весьма вероятно, что вещественные доказательства, в том числе ноутбук Колтона, хранятся там же. Исходя из этого, мы и строили план.

Ведущим следователем по делу был детектив Дуглас Кларк. За годы работы защитником по уголовным делам мне ещё не приходилось с ним пересекаться, и я до сих пор с ним не связывался. Он добросовестно предоставил базовые отчёты по следствию в ответ на повестки судьи Рулин. Из них я понял, что смогу получить от Кларка в суде то, что хочу услышать присяжные. Поэтому первоначальный план был прост: не тратить время на допрос, а вызывать его как свидетеля уже на процессе.

Новый план требовал встречи с Кларком. Хитрость состояла в том, чтобы добраться до него, не поднимая по тревоге близнецов Мейсон. Если бы я запросил его показания под присягой, правила раскрытия информации обязывали бы противоположную сторону присутствовать и задавать вопросы. Я не хотел видеть Мейсонов за этим столом. Единственным исключением было неформальное интервью — встреча до официального допроса. Но у такого интервью была проблема: свидетель не связан повесткой. Он может просто меня послать по формуле «иди-ка ты…» и отказать от разговора.