Мы с Логаном заняли свои места, и он наклонился, чтобы прошептать мне на ухо, пока мои родители смотрели что-то на телефоне моего отца.

— Алан, Эбигейл, Эшли и Ава?

Я тихо выдохнула, затем ответила себе под нос:

— А моего шурина зовут Адам. Да, у нас совпадают имена. Пожалуйста, воздержись от своих суждений обо мне. Не похоже, что у меня был выбор в этом вопросе.

Он снова улыбнулся, затем откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди.

— Они не кажутся такими уж плохими.

— Прикуси язык, Уорд. Ты знаешь их всего тридцать две секунды.

Он даже усмехнулся себе под нос, и я подумала, что могло бы случиться, если бы я врезала ему по яйцам. Возможно, это было несправедливо, но Логан стал очень удобным козлом отпущения во всей этой дерьмовой ситуации. Пока мои родители продолжали свой личный разговор, а Логан снова замолчал, я боролась с желанием запаниковать, обдумывая возможные варианты.

Первый. Я извиняюсь и звоню Мэтью. Расскажи ему, что произошло, и надеюсь, он не расстроился из-за того, что я выставляла напоказ одного из его товарищей по команде в качестве своего кавалера. Непреднамеренно, но все же.

Второй. Я во всем признаюсь своим родителям прямо сейчас, когда мы застряли на пароме минут на сорок или около того.

И последний вариант. Я глубоко вздохнула и снова почувствовала, как у меня скручивает желудок. Только на этот раз это сопровождалось тяжестью в сто фунтов на мою грудь.

Третий. Я провожу выходные как следует. Заставляю Логана вернуться домой завтра утром, притворившись больным или что-то в этом роде. Мои родители думают, что они познакомились с моим парнем, но он не пришел на церемонию вместо Мэтью. Когда я возвращаюсь домой в воскресенье, я во всем признаюсь Мэтью, чтобы он не нервничал все выходные.

Я украдкой наблюдала за своими родителями. Мама, должно быть, почувствовала на себе мой взгляд, потому что подняла глаза. Затем она подмигнула, глядя на меня широко раскрытыми глазами, и повернула голову в сторону Логана.

— Отличная работа, — одними губами произнесла она. И вот так просто ее внимание переключилось с меня на телефон моего отца и на все, что их так увлекало.

На мгновение я возненавидела ее. Возненавидела себя. Потому что один этот одобрительный кивок был для меня на вес золота. Я никогда не слышала, чтобы они гордились моей работой или моими профессиональными достижениями. Я никогда не слышала, чтобы они хвалили меня за что-либо. Самое близкое, что я когда-либо слышала, было то, что мой отец сказал Логану.

Я почувствовала, как к горлу подступают слезы смущения. Потому что я знала, что выберу третий вариант. Даже если это продлится двенадцать часов, я не могла отрицать тот факт, что хотела, чтобы моя семья посмотрела на меня и была впечатлена. Удержать их интерес, хотя бы на несколько мгновений.

Так ли это было, если бы я была Эшли? Я задумалась. Мгновенный, гарантированный интерес ко всем аспектам моей жизни?

Одобрение.

Гордость за то, кем я была и чего достигла.

Это было настолько непривычно, что мне показалось, будто меня забросили в другую страну, где говорят на разных языках, и я осталась без переводчика.

Но дело было не во мне. Не совсем.

На самом деле все было основано на человеке, сидевшем рядом со мной. Их интерес возник и расцвел от осознания того, что, по их мнению, я была успешным партнером, а не от того, что успешна сама по себе. Я даже не был уверена, что чувствовала по этому поводу, за исключением того, что хотя бы на мгновение мне захотелось окунуться в это чувство. Каким бы кратким это ни было и каким бы поверхностным ни казалось.

— Твой мозг вот-вот начнет дымиться, — пробормотал Логан.

Я резко взглянула на него.

— Как ты...

Он пристально посмотрел на меня, что было немалым достижением, учитывая, что он не поворачивался ко мне лицом.

— Сколько я работаю с тобой? Шесть лет? Люди забывают, что тихий парень в углу обычно незаметный, поэтому он может разгадать каждого.

Я не смогла сдержать улыбку.

— Это звучит так жутко.

Его брови сошлись на переносице.

— Да. Я полагаю, так оно и есть.

Щелчок.

Мы с Логаном посмотрели на мою маму, которая только что сфотографировала нас на свой телефон. Она смущенно улыбнулась. Притворно смущенно, но, по крайней мере, она пыталась выглядеть извиняющейся.

— Извините, дети, вы так мило смотритесь вместе. У вас такие темные волосы. — промурлыкала она, глядя на экран, предположительно, на нашу фотографию.

Внезапно я снова оказалась в начальной школе, сжимая в руках свой блестящий фиолетовый рюкзак в первый учебный день и наблюдая, как мама фотографирует Эшли на фоне дерева в нашем дворе. Автобус подъехал, и я улыбнулась, шагнув вперед, чтобы она могла сфотографировать и меня.

— Давай, Ава, — огрызнулась Эшли. — Из-за тебя все опоздают.