Шрифт:
Я наблюдала, как она целых две секунды смотрела на идентификатор вызывающего абонента на экране, прежде чем повесить трубку.
— Блядь. — пробормотала она, и мне не нужно было спрашивать, чтобы понять, кто это был. Она успела отойти всего на два шага, прежде чем мой телефон зазвонил снова. На этот раз она только оглянулась на него. — В чем, черт возьми, его проблема?
Обогнув мраморный остров, я кладу руку ей на плечо. — Садись. — Затем я потянулась за своим телефоном, на экране большими буквами было написано имя Зака. Я сняла трубку, услышав предательский вздох Марии. — Зак, привет… Как мило, что ты позвонил.
— Как Мария?
— С ней все хорошо. — Этим я заслужила тихий стон и закатывание ее глаз.
— Я уже несколько часов пытаюсь дозвониться ей. Она заблокировала мой номер, Нат.
Возможно, мой телефон и не был включен на громкую связь, но громкости было достаточно, чтобы Мария услышала его голос.
— Я. Не. Хочу. Его. Видеть. — Она говорила достаточно четко, чтобы Зак услышал ее голос на другом конце провода. — Никогда. Снова. — Она добавила для пущего эффекта с сардонической улыбкой, которую он не мог видеть, но я была уверена, что он услышал в ее тоне.
Развернувшись, я отошла, чтобы увеличить расстояние между ними. В моей голове все происходило совсем по-другому.
— Прости, — прошептала я ему в ответ.
— Скажи ей, что я сожалею. И что я не собираюсь останавливаться.
— Зак, я не знаю, стоит ли...
— Я люблю ее, Нат. Я не откажусь от нее.
Я глубоко вздохнула. — Удачи. — Затем повесила трубку.
На следующее утро я вошла в открытое пространство кухни-гостиной и увидела Марию, которая стояла спиной ко мне за мраморным островом.
— Доброе утро, — проворчала она.
— Доброе утро. — прощебетала я, прежде чем мой взгляд упал на открытую бархатную шкатулку для драгоценностей и великолепные серьги внутри. — О, Боже мой.
— Он думает, что, бросив деньги на решение проблемы, решит ее. Типично...
И Зак, должно быть, выбросил немало денег.
Я тут же подобрала их.
От сережек захватывало дух — пара ослепительных бриллиантов, которые кричали об экстравагантности. Каждый из них украшал сверкающий овальный бриллиант наверху, а более крупный бриллиант грушевидной формы подвешивался внизу, улавливая каждый отблеск солнечного света в комнате.
Это был подарок, который можно увидеть на красной ковровой дорожке или в стеклянной витрине элитного ювелирного магазина.
— Извинения не так сверкают, не так ли? Жаль, что они ничего не исправят.
— Мария… Они прекрасны.
— Они такие же фальшивые, как и его обещания, — пробормотала она с горечью в голосе.
Я взяла карточку внутри, сертификат оценки. — На самом деле они весом в сорок карат. Восемь миллионов.
Она усмехнулась. — Недостаточно, чтобы заставить меня остаться.
Такой подарок не только заставил бы меня остаться, но и заставил бы простить и забыть.
Мне наконец удалось оторвать взгляд от красивых камней, и я обернулась, чтобы посмотреть, что делает Мария. Мои брови взлетели вверх.
Руки Марии двигались с хладнокровной точностью, когда она разрезала черный "Амекс" сверхмощными ножницами. Каждый надрез был преднамеренным, звук лезвий, разрезающих пластик, звучал как громкий знак препинания.
Я взяла карточку, которую она только что разрезала на четыре части, складывая кусочки вместе, как пазл, чтобы прочесть имя владельца.
З.Р. ДИАБЛО
Я медленно повернула к ней голову.
Я не могу не пялиться на нее. Я видела, как она делала много вещей, но никогда ничего подобного… Непримиримая смелость.
Ей не нужно было этого делать — Зак никогда не использовал карту в качестве рычага давления. Он не манипулировал ею деньгами. На самом деле, из того, что Мария рассказала мне перед их ссорой, он был отличным парнем. Из тех, кто сделал бы все, чтобы сделать ее счастливой. Я не могу представить, что он сделал такого, что причинило ей боль. Он был так одержим ею с самого начала, что все это казалось… Неправильным.
— Что ты делаешь? — Наконец смогла спросить я, все еще пытаясь осознать.