— Сколько ему лет?

— Тридцать. Не больше.

— И не женат?

— Не был. Только имеется некая девушка, которую он навещает.

— Я ее знаю?

— А я знаю — знаешь ты или нет?

— Вот и я не знаю — знаю ее или нет.

— А если знаешь, то что?

— Как минимум — я бы знала. Как максимум — он уже был бы женат! Надо найти эту девушку.

Иришка и бабушка только головы поворачивали с Веселеи на меня и обратно.

— Это нам никто не оплатит! — засопротивлялась наша корыстная юрист.

— А как же душевный порыв? — вспыхнула я. — Как же рвение осчастливить ближнего своего? В конце-то концов, я хочу отомстить! Виктор женат на мне, Ибрагим на тебе. Уже наказаны. Остался Казимир.

— А я тебе про Альберта рассказываю.

Мы переглянулись и уставились в анкету, которую я заполняла тут же. Водя пальцем по листу, Веся зачитывала пункты вслух.

— В принципе, все тоже самое. — удивленно выдала она.

— Девочки, — не выдержала Тания Власовна, раскидав карты в каком-то пасьянсе — Давно уже пора понять, что все мужики одинаковые.

Дальше пошли опровержения, которые бабушка разносила в пух и прах. Возраст разный? Они всегда дети. Что в семнадцать, что в семьдесят. Характер? Бесхарактерные — просто лентяи, которым нужна бой-баба. Вот тогда они становятся альфа-самцами. Статус? Смотрите пункт про характер. И вообще, все зависит от рядом стоящей женщины.

— Это что же получается, — почесала нос Ираида — Любого мужчину делает женщина?

— Именно! — торжествующе подняла указательный палец вверх Тания Власовна.

— Алех как был, таким и остался. — не согласилась Иришка.

— Да? — усомнилась бабушка. — Что-то я перестала слышать о драках, учиненных им.

— Он не дерется!

Теперь я и Веся мотали головами, смотря то на одну родственницу, то на другую.

— Вот именно, милая моя, вот именно! — важно кивнула бабушка. — И это только после того, как ты рядом с ним появилась. Соответствует теперь тебе. — затем досталось и нам от нее. — Ибрагим стал более открытым к людям после появления Веселеи. Не изменился только Виктор, но его я воспитывала, а теперь Оленушка держит внука в тонусе.

Наш разговор прервали. Мы состроили невиннейшие выражения лиц и только Ираида выделялась задумчивостью. Остальных будто миновала интеллектуальная черта.

Вошли Виктор и Алех. Оба хмурые. И оба в форме.

— Мы едем по делу на неделю. — начал Вик. — Вместе с отцом.

— Видит Единый, что на меня давят обстоятельства. — Алех остановил ласковый взор на Иришке, нахмурился глядя на меня и вздохнул в сторону Тании Власовны. — Никогда бы не подумал, что скажу, но! Веселея остаётся за старшую.

Чай с полезными травами от Василены, который я пила везде и всегда, пошел не в то горло. Закашлялась как в последний раз! Слезы хлынули, а в легких стало горячо и больно.

— Изверг! — просипела. — Убивают!

— Молодой человек! — возмутилась бабушка. — Вообще-то…

— Ба! — остановил её Вик, похлапывая меня по спине. — Не время ссориться. Нам правда пора собираться и вечером уезжаем.

Тишина наступила после их ухода. Ну как тишина. Шмыганья и высмаркивания только слышны. Но это рыжий виноват!

— Ааа…

— Тихо, Иришка! — попросила я, пока её рот зажимала Веся. — Если с Велесом Романычем, то там только документы в Царь-град увезут. Зато у нас свобода действий наступает. Не спугни!

— Пожалуй, соглашусь. — кивнула бабушка. — Притеснения уже поднадоели. Надо только Риату с Олией отправить к Мие и Власу. Что вы так смотрите? Давненько они не навещали её. Да и невестка у меня уж больно нравственная. Вся надежда только на тебя, Олена.

— Ибрагим не позволит вам натворить глупостей. — неуверенно предупредила Иришка.

Под нашими взглядами она поежилась. И правильно. Почти три года пресекались всякие мелкие радости, а тут целая неделя! Да за эту неделю мы такого наворотим! Ух! Ах! Э-ге-гей!

До вечера мы помогали собирать мужчин и вели их допрос на тему возможных опасностей. Они, в свою очередь, давали наставления. Ничего нового никто не узнал.

Музыкального сопровождения не было. Просто помахали платочками в догонку и утирали выступившие слезы. Веселея тоже всплакнула. От радости, наверное.