– Воробьёва? Алиса? – уточнил он, на что я кивнула.

Кто-то свистнул с галерки.

Ваня потрясенно разглядывал меня, и притаившегося за моей спиной Жарова.

– Ну, проходите, – потрясённо бросил историк, тут же гаркнув, велев замолчать поднявшим шум.

Мы сели с Дэном на первый ряд. Мне было откровенно неловко под таким любопытным надзором. Я машинально заправила волосы за уши, за что получила толчок под партой от парня.

– Не портить впечатление, Лисёнок. Ты сегодня номбер уон, -Дэн откинулся на спинку, распластав руки, и с улыбкой победителя оглянулся на Смирнова.

Семён Семёнович всю пару нехорошо на меня смотрел. С осуждением и немного разочарованно. Мне уже и платье казалось чересчур неудобным, и развалившийся рядом Жаров слишком шумным, хотя он всего навсего дышал, заглядывая мне в тетрадь.

– Подвинься, -толкнула его локтем, понимая что он уже готов прилечь мне на плечо, или сесть на голову и закукарекать, чтобы все поверили в нашу коллаборацию.

Боковым зрением заметила, что тот пялится на меня. Я повернулась.

Жгучие черные ресницы обрамляли радужку с зеленоватым отливом. И кожа, идеально гладкая, словно он только сегодня побрился. Однако я смогла разглядеть маленькие темные вкрапления на подбородке и по все нижней челюсти. Обычный нос, обычные губы.

Я сглотнула, опустив взгляд на дутыши мягких губ. И меня словно загипнотизировало лицо Дэна. Крупным планом оно заставляло кровь носиться быстрее, стуча в висках.

Так близко, что трудно сдержаться. И дыхание щекочет кожу на верхней губой. На пару секунд я сравнила Жарова с весенним ветром. Такой же непредсказуемый и озорной.

Вдруг Дэн улыбнулся, дернув острыми краями своих бровей, подпер подбородок рукой, а притуманенный взгляд мешал понять, о чем он думает.

Я спохватилась. Прозвенел звонок. Жаров предложил сходить в столовку.

– Ты иди. Мне нужно с профессором переговорить, -я оглядывалась, дожидаясь когда студенты покинут кафедру.

– Ты насчет меня что ли?
– он с издевкой усомнился в моем решении.

– Просто уйди, -с суровым видом попросила я.

Семен Семенович сидел за столом, печатая сообщение в телефоне.

Увидев меня, он оторвался от телефона.

Я встала напротив него, и теперь нас разделял только стол.

Лучше чем в прошлый раз. Так я хотя бы чувствую себя в безопасности.

– Семен Семенович, я хотела насчет Дениса Жарова спросить.

– Не одобряю, Алиса. Ты ведь это хотела спросить?
– профессор смягчился в лице.

– Я про экзамен. Денис беспокоится, что случившееся могло неправильно отразиться на ваших взаимоотношениях, -я старалась плавно подойти к сути проблемы, но Семен Семенович не был настроен обсуждать этот вопрос со мной.

– А сам Жаров, значит, струсил, -сделав свои выводы, он сложил пальцы домиком, поглядывая на меня с иронией.

– Нет. Я просто хотела. Узнать.

– Не затаил ли я зла на Дениса, за то, что он разбил мне автомобиль? Нет, -спокойно признался профессор.

– Он вообще-то тоже пострадал.

– Он жив-здоров. Что этому оболдую будет, Алиса. А вот вы. Меня расстроили, Воробьева. Выбрать его себе в друзья. В близкие друзья, -его пошлый намек вызвал у меня неприятное тошнотворное чувство. Как в тот раз, когда мы оставались с ним один на один. Но сейчас Семён Семенович осторожничает.
– Жаров струсил и прислал тебя. Скажу даже больше, он предложил тебе стать его девушкой. У него вдруг проснулись чувства к такому чистому и невинному созданию. Пока он не сдаст экзамены, -сделал заключение профессор, поднявшись с места.

Меня это напрягло.

– Он сам может выучить и все сдать, если вы...
– мой голос звучал с претензией, на что Семён Семёнович распахнул взгляд.

– Ты его конечно сможешь подготовить?

– Смогу. Он все сдаст, я вам обещаю.

– Мне все равно, сдаст он или нет. Таких как Жаров надо перевоспитывать грубой силой. Лишениями. Страданиями. Топтать плац не самое худшее что с ним может случиться, – профессор вернулся на место.- И да, Алиса. Вам все это ужасно не идет.