– Тогда какого ты с ним обжимаешься на каждом углу? Я хоть и преподаватель, но слух у меня хороший. И сплетни быстро добираются до меня.

– Еще раз говорю, у меня с ним ничего нет. Честно, -Яна недоверчиво переводила взгляд с меня на дверь. Она нервничала, боясь потерять хорошего ухажёра.

– Поэтому на тебе его куртка?

– Куртку он дал, потому что моя по стилю не подходит. Сама знаешь, я сочетать вещи не умею, -еще я указала руками на свои туфли. Отчего Яна выдавила жалобную улыбку.

– Ну да. С непривычки болеть будут. Я вроде тебе такие не давала? –она пригляделась.

– Долгая история, -отмахнулась я.

– Ну ладно, пойдем, -казалось. Конфликт был решен так же быстро, как и нарисовался в воображении моей ревнивой подруги.

Однако в дверях она резко затормозила, так что я ткнулась в нее лицом. Она отряхнула след на груди, словно я могла бы ее испачкать.

– Не вздумай в него влюбляться. А то ненароком выдашь нашу тайну.

– Яна Валерьевна! –поморщилась я.

– Я просто предупреждаю, -деловито произнесла та, и мы вышли из кабинета.

– Чего она хотела? –Жаров не отказал себе в удовольствии проводить преподшу голодным взглядом, облизываясь как гепард перед нападением.

– Выговор мне за подобный прикид, -ухмылка сползла с его лица.

– Серьезно?

– А ты чего ждал? Или думаешь, мы за закрытыми дверями маты настелили и устроили бои за тебя? Как видишь, обе целы, с волосами и не в грязи, -язвительно ответила я его самодовольству.

– Ну не просто же так вы закрылись?

– Значит плохо старался, раз не ревнует, -зачем-то брякнула я, догадываясь о его нескромном желании. Жаров призадумался. У меня появилось спокойное время, чтобы поесть в одиночестве.

Выбрав в столовой свободный столик, присела, поставив поднос с ватрушкой и чаем.

– Я присяду? –Смирнов поставил поднос рядом с моим и не дожидаясь кивка, сел со мной. –Как дела?

– Отлично, -наверное ему опять что-то нужно. –Ты что-то хотел?

– Ты сегодня необычно выглядишь. Красивая, -он улыбнулся, надеясь довести меня до состояния капающих слюней своим вниманием. –Но раньше тоже была ничего.

– Да. Новый образ. Весна. Хочется праздника, -лукаво ответила я, стараясь не глазеть на него. Я ощущала волнение, а ладони тут же вспотели.

– Алиса, я об этом и хотел поговорить. Может, ты не поедешь? –неожиданно предложил парень, заставив меня поднять на него глаза. Ничего необычного, ни сопереживающего взгляда, ни жалобной улыбки лице, в надежде, что к нему прислушаются.

– Почему это?

Осмотревшись, парень сложил руки на стол, как бы облокачиваясь на них, создавая эффект загадочности и осторожности.

– Ты понимаешь, что на таких мероприятиях бывает? –шепотом спросил он, глядя прямо в глаза.

– Я тебя не понимаю. Чего пугающего может быть в обычной тусовке? Или кто-то выступил против того, чтобы я ехала? –недовольно спросила я.

– Ну я же о тебе беспокоюсь. Твое сближение с Жаровым ни к чему хорошему не приведет. Ты же не такая как все эти девчонки.

– Откуда тебе знать, какая я? –с вызовом откинула волосы назад.

– Жаров мог просто на тебя поспорить, как ты не понимаешь! Затащит тебя на вечеринку, напоит, переспит и выбросит, как ненужную игрушку. Алиса, ну подумай…

Однако вместо ожидаемой радости от его беспокойства, я ощутила вновь неприятную горечь. Что-то явно идет не так. Да. Смирнов начал ко мне проявлять интерес, но так же сильно он начал меня раздражать.

– О, Ванек. А ты чего к моей девчонке подкатываешь? –как по щелчку, Смирнов выпрямил спину, и вся аура секретности рассеялась. Дэн перевернул стул, сев задом наперед, вцепившись пальцами в спинку, демонстрируя Ваньку сбитые костяшки и шрамы.

– Он просто сделал мне комплимент, -сдала я одногруппника с потрохами, за что получила и нервный растерянный взгляд.

– Ну че, пошли. Морду тебе бить буду, чтобы не повадно было, -еще больше запугал его Дэн, взывав у Вани полное недоумение. Я машинально схватила Жарова за руку, испугавшись его намерений.

– Ты совсем что ли!? Вот я тебе об этом и говорил, Алис. Он же не уравновешенный.

– Давай иди отсюда, а. У тебя был шанс встречаться с лучшей девушкой потока, но ты его просрал, -Дэн взял мою ладонь, перевернул и поцеловал, с истомой заглядывая мне в глаза.

Моя челюсть бухнулась вниз, вместе с самооценкой Смирнова.