– Неа, не помню.

– Так эта, девчонка. Еще с Натахой дружила. Мы тогда с Наташкой отдыхать поехали, а она подружке своей этой про болезнь пела. И та ботаника все билеты за нее подготовила. Натаха потом нам передала.

– А, это с которой она из жалости дружила?

– Ну да. Птицина какая-то .

– Да не. Синичкина, -поправил Макс друга.

– Может, Воробьева?
– я не мог припомнить ни Натаху, ни других девушек с птичьей фамилией на курсе. А тот случай действительно спас меня от позорного отчисления. Потом у нас был препод на замене. А в этом году снова Семёныч.

– Ты у Ванька спроси.

Все снова сходится на Алисе. Странно.

В пятницу пришлось тащиться в универ, в надежде поговорить с Воробьёвой. Однако, однокурсницы не было.

– Ты кого-то ищешь?
– поинтересовался Смирнов, заметив, что я оглядываясь по сторонам.

– Алиска сегодня не приходила?

– Воробьёва? А зачем ты спрашиваешь? Я же предупреждал тебя, не лезть к ней, -парень перешел на повышенные.

– Тебе какая разница? Или думаешь она будет сидеть тебя ждать, и за твое долгожданное внимание тебе курсовую напишет?

– Что ты сказал, гад?
– мы накинулись друг на друга. Это урод попал в подреберье, и я начал задыхаться. Он испугался и потащил меня в медпункт. Меня освободили от занятий на сегодняшний день.

Посреди ночи раздался звонок с неизвестного номера. Я скинул несколько раз. Пришло СМС.

«Можешь приехать? Пожалуйста. Алиса».

Я не раздумывая подскочил и вызвал такси.

Алиса

– Да, мне идеально подходит, -я от радости забыла как дышать, восторженно осматривая квартиру, которую собралась снимать. Красивый вид из окна, свежий ремонт, чистота, недалеко от кафе, а главное от Егоркиного садика.

Сначала мне пришлось отказаться от этого варианта, потому что заплатить нужно было за полгода вперёд, а у меня не было таких денег. К тому же нам нужно было на что-то жить.

А тут деньги сами пришли мне в руки. Хотя прыгая за Жаровым в воду, я ни на что не рассчитывала. Просто шла мимо с работы, уставшая, услышала резкий визг тормозов и шум. На мосту произошла авария.

Я даже могла пройти мимо, потому что встречаться лишний раз с Сём Сёмычем не хотела. Но я узнала номера.

– Дэн?
– подбежала проверить, могу ли чем-то помочь.

Но автомобиль качнулся и рухнул вниз. Испуганно озираясь по сторонам, попросила вызвать скорую, а сама подошла к краю.

– Куда ты, Воробьева, -профессор схватил меня за руку.

– Там Дэн, он может захлебнуться, -крикнула я, и высвободившись из его рук, прыгнула вниз, так, чтобы не удариться об машину. Благо высота была не большая, а течение в принципе не слишком быстрое.

Но вода была ледяная.

Открыв дверь, потащила парня на себя. Он был не пристегнут, это и спасло его, иначе у меня бы не хватило сил и дыхания возиться с ремнем.

Возле берега меня уже ждали и помогли затащить парня на берег.

– Жаров, не спать, -легонько пошлепала дуралея по щекам. Тот прокашлялся, и расплывшись в улыбке, пробормотал.

– Воробьёва, опять ты.

Надо же, я его спасла, а он еще и не доволен.

Мне пришлось поехать в больницу. Я подвернула ногу, и ужасно замерзла.

Мать Жарова встретила меня в коридоре, когда я уже собралась уходить.

Глаза такие же, как у него, только без животрепещущего огонька. Холодные, проникающие в твою душу и знающие всю подноготную.

Без лишней эмоциональности она поблагодарила за сына, а потом всунула мне конверт.

Я, смутившись, буркнула «спасибо».

– Надо было побольше просить, -Яна скептично отреагировала на поступок матери Дэна.
– У них денег куры не клюют. Ты думает она с государственной зп такую тачку купила, или сыну помогает. Хотя нет, было бы разумно сказать, что она его содержит. Взрослый лоб, а сам ни черта делать не умеет, не приспособленный.